Агасфер

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Шаблон:Redirect Шаблон:Значения

Файл:Wandering jew - Gustave Dore (125363872).jpg
Гюстав Доре «Вечный жид»

Агасфе́р (лат. Ahasverus), или Вечный жид — легендарный персонаж, по преданию обречённый скитаться из века в век по Земле до Второго пришествия Христа. Фигура «Вечного жида» появляется в сюжетах европейской литературы и живописи.

Сюжет

Данный сюжет, послуживший материалом для многих литературных, поэтических и живописных произведений, как он рисуется в своём окончательном виде, следующий: иудей-ремесленник, мимо дома которого вели на распятие Иисуса Христа, нёсшего свой крест, отказал Иисусу и оттолкнул его, когда тот попросил позволения прислониться к стене его дома, чтобы отдохнуть, и за это был осуждён на скитание по земле до Второго пришествия и вечное презрение со стороны людей<ref name="справ">Шаблон:Cite web</ref>.

Диалог Агасфера и Христа, обычно входящий, с разными вариациями, во все версии: «Иди, чего медлишь?» — «Я могу медлить. Но труднее будет медлить тебе, ожидая Моего прихода»; либо «Иди, на обратном пути отдохнёшь» (подтекст: Ты Сын Божий, так воскресни после распятия и отдохни на обратном пути) — «И ты будешь вечно идти, и не будет тебе ни покоя, ни смерти»; либо «Я пойду, но и ты пойдёшь и будешь Меня ждать»Шаблон:Sfn.

Сущность легенды, если отвлечься от некоторых частностей, — воздаяние Божества человеку, выражающееся в вечном скитании или вечных муках человека, согрешившего против Божества.

Файл:Maurycy Gottlieb - Ahasuerus wandering - 1876.jpg
Мауриций Готтлиб, Агасфер, 1876

Близкими к Агасферу в этом отношении являются и легенда о Прометее, вечно терзаемом хищной птицей, и легенда о Каине, осуждённом, как и Агасфер, на вечное скитание по земле, и Сизиф, обречённый вечно поднимать на гору камень, и наконец легенды о Тангейзере и Летучем голландце. Как и эти последние, легенда об Агасфере возникла, по-видимому, при столкновении христианства с языческими верованиями; при вытеснении христианством остатков этих верований и получилось «приспособление» языческой или иудейской легенды к христианству. При этом мотив мести вполне отчётливо сохранился и в новой редакции.

Большое число вариантов легенды в византийских сказаниях показывает огромное её распространение в фольклоре. Тут и кузнец, ковавший гвозди для Христа и обречённый вечно ковать их, и Иуда Искариот, осуждённый на вечное скитание; многие из преданий о загробных муках относятся к тому же типу.

В Европе первые дошедшие до нас варианты изложенной в начале статьи легенды относятся к довольно позднему времени — к XIII веку. Судя по тому, что подобные легенды отчасти включены в путешествия к святым местам, можно было бы думать, что они заимствованы из византийских и восточных источников, но можно допустить, что они возникли и самостоятельно, так как месть являлась общераспространённым обычаем.

Итальянская версия, где герой называется Buttadeo или Bottadio («ударивший Бога»), не носит на себе заметных следов заимствований с Востока; в итальянском фольклоре герой — личность, которая уже утратила следы своего преступления; это просто добрый волшебник, дающий добрые советы и выручающий из беды.

Иной представляется версия, исходящая из среды монахов-начётчиков, хранителей легенд и апокрифов. Так, английский хронист монах из Сент-Олбанса Роджер из Вендовера в своём сочинении «Цветы истории» записал рассказ посетившего в 1228 году Англию архиепископа Великой Армении, у себя на родине лично встречавшегося с «вечным жидом», назвавшим себя Картафилом (лат. Cartaphilus), что значит «привратник». По словам последнего, он служил привратником у самого Понтия Пилата, и за то, что ударил идущего на Голгофу Христа, был им проклят и обречён на вечное ожидание Второго пришествия, после чего крестился и вёл праведную жизнь<ref>Wandering Jew Шаблон:Wayback // Encyclopaedia Britannica online.</ref>. Ударение в данном случае ставилось на том, что человек этот был живым свидетелем дел Спасителя. Позднее эту историю включил в свою сводную «Большую хронику» монах того же аббатства в Сент-Олбансе Матвей Парижский.

Имя героя впоследствии истолковывалось схоластиками как καρτα φιλος, что значит «очень любимый»; этот эпитет прилагается в Евангелии от Иоанна к тому ученику, который возлежал у груди Иисуса во время тайной вечери и к которому обращены слова Иисуса: «Если я хочу, чтобы он остался, пока я не приду — что тебе до того?»… (Ев. Иоан., XXI, 22). Но такое толкование евангельского стиха — толкование софистическое, хотя бы потому, что следующий же стих опровергает его. Никаких намёков на легенду об Агасфере в Евангелии нет. Напротив, ясно, что легенда в специфически-христианских версиях гораздо более позднего происхождения, чем Евангелие.

Во втором варианте, где имя героя Buttadeus, или Малх (имя раба Кайафы — Иоан., XVIII, 10), или Ян Родуин (чисто национальное имя) и так далее, герой осуждён блуждать в каменном подземелье; это по-видимому притча, иллюстрирующая проповеди монахов, а в дальнейшем второй вариант приобретает характер описания чудес в авантюрном романе (уже в XVI—XVII веках). Таким образом в легенде нашли отражение: 1) народные сказания и 2) новое религиозное учение, которое в эпоху возникновения легенды исходило уже из среды проповедников и монахов, социально (отчасти и национально) чуждой народу; развитие легенды в дальнейшем идёт также по двум руслам — фольклорному (крестьянская среда) и книжному (среда монашества).

Именно в народной среде герой стал евреем, караемым Христом за весь свой народ и часто символизирующим его. Еврейство, рассеянное по Европе, скитающееся и преследуемое, могло легко дать материал для такого образа. Однако окончательная, изложенная в начале версия легенды дошла до нас лишь в образцах XVI—XVII веков, и столь распространённое название «Вечный Жид» (лат. «judeus immortalis» — «бессмертный еврей», итал. Шаблон:Lang-it2, фр. «le juif errant», англ. Шаблон:Lang-en2 — «странствующий еврей», нем. «der ewige Jude», чешское и польское «wieczny Żyd» — «вечный Жид») средним векам неизвестно.

Немецкая книга об Агасфере — самый ранний вариант последней версии — относится к 1602 и описывает встречу епископа Эйцена с Агасфером в 1564. Всевозможные описания скитаний Агасфера по разным местам Европы на всех языках исходят частью от немецкой книжки, частью от средневекового Буттадея или Картафила, а сама немецкая книжка опирается на французскую обработку хроники Мэтью Парижского. Как доказал Гастон Парис в 1880, эта окончательная версия — плод протестантского миссионерства. Орфография имени, Ahasverus, более точно воспроизводящая библейское «Ахашверош» (соответствует Артаксерксу в книге Есфирь; возможно, Ксеркс I — см. Пурим), исходит исключительно от протестантов, культивировавших еврейский язык. Католические переводы Библии дают «Assuerus». Протестантские теологи, начиная с самого Лютера, лелеяли мечту об обращении в новую, «подлинно христианскую» религию народа, доселе упорно сопротивлявшегося всем миссионерам. В качестве агитационного приёма служила Лютеру и гуманистическая проповедь (см. «гуманизм» и «возрождение») о равноправии евреев и свободе совести; как агитационный приём использована была и эта легенда в новом преломлении. Протестантское учение о предопределении вполне гармонировало с легендой о гонимом и преследуемом за своё «преступление» народе-скитальце.

Фольклорные версии легенды и отголоски их в исторических, историко-культурных и богословских трудах XVII—XVIII веков чрезвычайно многочисленны. Политический и экономический кризис в Германии и Франции в первую половину XVII века способствовал росту суеверий и мистических настроений и был благодарной почвой для развития подобных преданий.

Неизвестная немецкая или нидерландская версия рассказа об Агасфере, датированная 1663 г., ещё в XVII в. попала в Россию, была переведена на русский язык и начала распространяться в рукописной книжной традиции<ref>Шаблон:Cite web</ref>.

Агасфер в литературе

XVIII век

В художественную литературу Агасфер вошёл во второй половине XVIII века, в эпоху поэзии «мировой скорби». Эта поэзия не могла пройти мимо старых героев, символизирующих жажду жизни и тягу к смерти, титанические порывы, стремление к всеобщей катастрофе.

Первый образец литературного воплощения Агасфера — «лирическая рапсодия» Шубарта «Der ewige Jude» (1783), где Агасфер — воплощение желания смерти, неудовлетворённого и бесконечно мучительного; поэма кончается переменой судьбы Агасфера в «христианском духе»: Агасфер добивается покоя и смерти.

Гёте, начав своего «Der ewige Jude» в романтическую эпоху «Бури и натиска» (1792), бросил его неоконченным, поняв противоречие дохристианского остова легенды с его христианской интерпретацией. В сохранившемся фрагменте имеется налицо сатирический элемент.

Агасфер упоминается в романе Яна Потоцкого «Рукопись, найденная в Сарагосе».

XIX век

Чисто философскую, свободную от пессимизма трактовку сюжета даёт Эдгар Кинэ, известный историк-философ. В его мистерии «Ahasverus» (1833) окончательно исчезает национальный мотив и мотив жажды смерти; Агасфер — символ творческой активности человечества; бессмертие Агасфера интерпретируется как победа над смертью, и Агасфер, примирённый с богом, становится творцом нового, преображённого мира. В этом произведении Кинэ отразились увлечения французской буржуазной интеллигенции 1820-х—1830-х гг. так называемой «религией прогресса».

Файл:Sullivan carlyle-linedrawing.png
Тейфельсдрек на Монмаут-стрит. Иллюстрация Эдмунда Салливана к Sartor Resartus’у Томаса Карлейля.

Томас Карлейль в своём «Sartor Resartus’е» (1834) несколько раз сравнивает главного героя Диогена Тейфельсдрека с вечным жидом (в том числе, по-немецки — der ewige Jude, — намекая, возможно, на рапсодию Шубарта).

Иное оформление легенды об Агасфере — в плане авантюрном и фантастическом, на обычной для этого сюжета мистической основе — представляет собой баллада Ленау «Der ewige Jude» (1839), где Агасфер — галлюцинация охотника, увидевшего медаль с изображением Вечного Жида, которая была сделана из пули, расплющившейся о тело Агасфера. Это яркий пример романтической композиции, в противоположность ещё классическим приёмам Шубарта и Гёте.

Роман Эжена Сю «Le Juif errant» (1845) соединяет авантюрную, полубульварную фантастику с сатирой на иезуитов и с протестом против угнетения пролетариата. Переведён на русский в 1894 году Е.Ильиной.

Эпигон романтизма, француз Эдуард Гренье в поэме La Mort du juif-errant (1857) и Василий Жуковский в неоконченной поэме «Странствующий жид» (1852) следуют схеме Шубарта. Жуковский варьировал композиционное построение, ведя рассказ от первого лица. Поэма Жуковского писана под влиянием фрагмента Шелли, чем объясняется заглавие «Странствующий (англ. Шаблон:Lang-en2) жид».

Дюма посвятил герою роман «Исаак Лакедем» (1853). В песне Беранже «Le Juif errant» Агасфер — образ страждущего человечества. В поэме Гамерлинга «Ahasverus in Roma» (1868) противопоставлены жажда смерти Агасфера и жажда жизни и развлечений императора Нерона, сжигающего по совету Агасфера Рим во имя наслаждения. Жажда смерти Агасфера в конце торжествует: пресыщенный Нерон погибает.

Тот же пессимизм проявляется и у итальянца Артуро Графа, поэта пессимизма, пришедшего к мистике и оккультизму. Его драма «Фауст и Агасфер» (сборник «Poemetti Drammatici», 1891) основана на той же антитезе и проникнута тем же настроением, что и поэма Гамерлинга.

В 1893 году Льюис Уоллес опубликовал роман «Падение Царьграда», в котором Вечный Жид выведен в образе таинственного князя Индии.

Странствия Агасфера по мировой литературе подытожил в конце XIX века Рудольф Касснер в своей диссертации об образе Вечного Жида в поэзии различных народов (1897).

XX век

В XX столетии образ Агасфера развили, среди других, Киплинг в новелле «Вечный Жид», Аполлинер в новелле «Пражский прохожий», Борхес в новелле «Бессмертный», Пер Лагерквист в повестях «Сивилла» и «Смерть Агасфера», Габриэль Гарсиа Маркес в романе «Сто лет одиночества», Стефан Гейм в романе «Агасфер», Жан д’Ормессон в книге «История Вечного Жида» (1991).

Этот образ продолжает сохранять свою привлекательность и для массовой литературы, например, Агасфер действует как частный сыщик в детективно-оккультных рассказах Эдварда Хоха.

В рассказе О. Генри «Дверь, не знающая отдыха»<ref>См. текст произведения в Викитеке: О. Генри. Дверь, не знающая отдыха.</ref> пьяный сапожник Майк О’Бадер приходит в редакцию провинциальной газеты и заявляет, что он тот самый иерусалимский сапожник Майкоб Адер, который не позволил Христу отдохнуть у двери своего дома по пути на распятие и был за это осуждён жить до Второго пришествия; при этом Майк О’Бадер настаивает, что он не еврей.

В русской литературе XX века необходимо отметить интересную «рапсодию» Владимира Богораза «Агасфер», заостряющую национальный мотив, а также оригинальную трактовку братьев Стругацких в романе «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя» (1988), отождествляющих Агасфера с Иоанном Богословом.

В романе Ильфа и Петрова «Золотой телёнок» Остап Бендер в ответ на новую версию иностранного журналиста мифа об Адаме и Еве в антураже советского общества изложил остроумную легенду-повесть о Вечном Жиде, захотевшем посмотреть на просторы Днепра, но пойманном петлюровцами и зарубленном ими.

В повести Всеволода Иванова «Агасфер», действие которой происходит в Москве 1944 года, к советскому писателю приходит человек, представляющийся как «космополит Агасфер», и рассказывает, что он богослов из Гамбурга Пауль фон Эйтцен, в XVI веке сам выдумавший легенду об Агасфере, чтобы добиться славы и богатства, но затем против своей воли превратившийся в настоящего Агасфера.

В трилогии А. Валентинова «Око силы» «Агасфер—Вечный—Иванов» является представителем разумной, но нечеловеческой силы (причем не имеется в виду пришелец или классический сатана), пытающийся подправить историю России, начиная с революции 1917 года. По мнению А. Валентинова одна и та же личность (Агасфер), пользуясь различными масками, управляла Советским Союзом и по мере старения биологических прототипов меняла их<ref>Петухова, Е. И. Русский историко-фантастический роман 90-х годов XX века : дис. на соиск. науч. степ. канд. филол. наук по спец. 10.01.02 — рус. лит. / Е. И. Петухова ; ХГПУ им. Г. С. Сковороды. — Х. : Б.и., 2001. — 178 с.</ref>.

В «Звёздных дневниках Ийона Тихого» Станислава Лема Вечный Жид появился в результате попыток скорректировать историю человечества путём отправки в прошлое тайных агентов. «Что до Спинозы, то он, не спорю, был безусловно порядочный человек, однако по недосмотру допустил крестовые походы. (…) Я не знал, как быть со Спинозой — Греция уже трещала по швам от подобных мыслителей, — и сначала велел гонять его взад-вперед через все столетия с сорокавековой амплитудой; отсюда возникла легенда о Вечном Жиде».

Акутугава Рюноске в одноимённом рассказе размышляет о Вечном Жиде.

В СССР роман «Вечный жид» был опубликован под другим названием «Агасфер» и только в 1990 году, во время распада СССР.Шаблон:Нет АИ

XXI век

О судьбе Агасфера, поднявшего руку на пророка, повествует роман узбекского писателя Исажона Султона «Вечный скиталец» (2011), «The Eternal Wanderer» (2019).

Агасфер (Ага Сафар, Агаспаров) — один из персонажей романа Геннадия Прашкевича «Стрела Аримана».

Появляется в манге и аниме Корэ Ямадзаки «Невеста чародея», где носит сразу три имени — Иосиф, Агасфер и Картафил.

Вместе с Картфилом и Малхом появляется в романе Григория Зотова «Апокалипсис Welcome».

Кинематограф

Музыка

  • У финской дум-метал группы «Reverend Bizarre» есть композиция «The Wandering Jew» в альбоме «Harbinger Of Metal».
  • Российский рэпер Oxxxymiron в 2011 году выпустил альбом «Вечный жид», и в этот альбом вошла одноимённая композиция.
  • Российский рэпер Noize MC выпустил, совместно с вокалистом группы P.O.D. Полом Сандовалом, трек под названием «Chasing the horizon» 4 октября 2019 года, в котором фигурирует образ Вечного жида Агасфера.
  • Российская рок-группа «Мозаика» в 1983 году записала магнитоальбом «Хаос», в котором есть песня «Агасфер».
  • Российская группа «Изморозь» в альбоме 2019 года «Культ» записала песню Агасфер.

Примечания

Шаблон:Примечания

Литература

Ссылки

Шаблон:ЛЭ-ОД Шаблон:Библиоинформация Шаблон:^v Шаблон:Христианский антисемитизм

Источник — https://camokathomelab.servebeer.com/mediawiki/index.php?title=Агасфер&oldid=18669