Фирдоуси
Шаблон:Писатель Хаки́м Абулькаси́м Фирдоуси́ Туси́<ref>Шаблон:Книга</ref><ref>Шаблон:Книга</ref> (перс. Шаблон:Lang-fa2; Шаблон:ВД-Преамбула) — персидский<ref>
- John Andrew Boyle Ferdowsī Шаблон:Wayback // Britannica
- Шаблон:Книга
- Шаблон:Книга
- Шаблон:Iw, Henri Massé Firdawsī Шаблон:Wayback // Encyclopaedia of Islam
- Ferdowsi Шаблон:Wayback // Merriam-Webster’s Encyclopedia of Literature
- Firdousi Шаблон:Wayback // Энциклопедия Ларусс
- Firdousi Шаблон:Wayback // Encyclopædia Universalis
- Шаблон:БРЭ</ref> поэт, классик персидской литературы, автор эпической поэмы «Шахнаме» («Книга царей»). Пользуется популярностью и считается национальным поэтом в Иране, Таджикистане и Афганистане<ref>Кулаков В. В. Статья «Особенности натюрмортных композиций в рукописных миниатюрах Средней Азии XV—XVI вв.» // Журнал «Вестник Московского государственного университета печати». 2015 год. стр.385</ref>.
Предыстория
Фирдоуси жил в X веке на территории Большого Ирана (Большой Персии), в Хорасане. Тремя веками ранее, в VII веке, Сасанидская Персия была завоёвана арабами и вошла в состав Халифата. Во времена центральной власти халифа персидские язык и культура вытеснялись арабскими, но к концу IX века халифат ослаб и к власти пришли местные мусульманские династии<ref>Davis Shahnameh p.xviii</ref> (т. н. иранское интермеццо). Фирдоуси жил при двух из них — в Саманидском и Газневидском государствах.
Фирдоуси происходит из семьи дехкан, персидских землевладельцев, которые процветали в доисламские времена Сасанидского государства, но чьё влияние уменьшилось при халифате. Дехкане были патриотичными и считали своим долгом сохранить культурные традиции Персии, в том числе легендарные истории про иранских царей<ref>Dick Davis The Shahnameh (Viking Penguin, 2006) p.xviii</ref><ref name="iranica" />.
Саманиды, контролировавшие город Тус, где родился Фирдоуси, также продвигали персидскую культуру; они считали себя потомками сасанидского полководца Бахрама Чубина<ref>Richard N. Frye The Golden Age of Persia (Weidenfield, 1975) p.200</ref>. Саманидская бюрократия использовала новоперсидский язык вместо арабского, а саманидская элита заказывала переводы текстов с пехлеви, персидского языка, бывшего литературным языком домусульманского Ирана, на новоперсидский<ref name="iranica-abu-mansur" />.
В частности, саманидский правитель Туса Шаблон:Iw заказал нескольким местным авторам поэму «Шахнаме» («Книга царей»; законч. 957), ставшую одним из источников для «Шахнаме» Фирдоуси<ref name="iranica-abu-mansur">Abu Mansur Шаблон:Wayback // Iranica</ref>.
Биография
Фирдоуси родился между 932 и 936 годами в окрестностях города Туса, в Хорасане, входившем тогда в Саманидское государство<ref name="bertels">Шаблон:Книга</ref>.
О детстве и юности Фирдоуси сведений почти нет. Он получил хорошее по тому времени образование<ref name="bertels" />. Достоверно неизвестно, знал ли Фирдоуси арабский и пехлеви<ref name="iranica" />.
Его поэтическое имя Фирдоуси переводится как «райский». Он высоко ценил знание: «К словам разумным ты ищи пути, весь мир пройди, чтоб знания обрести» и получил прозвище «хаким» («мудрец», «учёный») за глубину и широту своих знаний<ref name="bertels" />.
Длительное время Фирдоуси жил в Газни, на территории современного Афганистана, где находился на службе у падишаха Махмуда Газневи (которому и посвятил «Шахнаме»). Однако мысль поэмы о том, что лишь наследственные носители царской власти имеют на неё право, не понравилась султану Махмуду, которого более устраивала правомерность силы, а не наследственности.
Известно, что в 970 году у Фирдоуси родился сын, так что предположительно он был женат. Считается, что одна из женщин, упоминаемых в «Шахнаме», — его жена. Эта женщина также происходила из семьи дехканов, умела читать и писать, играла на арфе и получила хорошее образование<ref name="iranica" />.
Фирдоуси был похоронен в городе Тус в своём собственном саду, поскольку местные религиозные власти не разрешили похоронить его на городском кладбище. Губернатор провинции Хорасан распорядился построить мавзолей над могилой Фирдоуси, после чего это место стало объектом массового поклонения<ref name="iranica_mausoleum" />.
Впоследствии место захоронения пришло в упадок. Оно было восстановлено по приказу Реза-шаха к Шаблон:Iw, в период 1928—1934 годов. Восстановление проводило Шаблон:Iw, после чего могила Фирдоуси возведена в ранг иранской национальной святыни<ref name="iranica_mausoleum">Шаблон:Iranica</ref>
Творчество
Фирдоуси перенёс идеи античного Ирана в исламскую Персию и способствовал распространению персидского языка. Также он помог сохранению иранской идентичности в условиях, когда ей угрожала арабизация — хотя активность в этом направлении началась до него, именно он довёл её до завершения<ref name="iranica" />.
Фирдоуси стал одним из основных поэтов классической персидской литературы X—XV века, периода до разделения персидской литературы на собственно иранскую и таджикскую литературы<ref>Шаблон:Книга</ref>. В советской и постсоветской историографии рассматривается как персо-таджикский поэт<ref>* Советская историческая энциклопедия. Статья «Фирдоуси». Т. 15. — С. 189.
- Шаблон:БСЭ3
- Шаблон:Книга
- статья «Фирдавсий Абулқосим Тусий» Шаблон:Wayback на онлайн-версии Национальной энциклопедии Узбекистана (Oʻzbekiston milliy ensiklopediyasi)
- Шаблон:Книга
- Шаблон:Книга</ref>.
Единственным произведением Фирдоуси, авторство которого установлено бесспорно, является «Шахнаме» («Книга царей»), национальный эпос иранских народов. В «Шахнаме» описывается история Ирана от древних времён до исламского завоевания Персии в VII веке. Поэма состоит из 50 тысяч двустиший<ref name="TIO20100513">Шаблон:Cite web</ref> и считается самой длинной поэмой, принадлежащей перу одного автора: объём в два раза больше, чем объём «Илиады» и «Одиссеи» вместе взятых<ref>Iran. British Institute of Persian Studies, 2006. Vol. 44. Page 321.</ref>.
Возможно, Фирдоуси писал стихи и в молодости, но до наших дней они не дошли. Некоторое время Фирдоуси также приписывали поэму «Юсуф и Зулейха» по одноимённому сюжету, библейско-коранической истории об Иосифе, но современное научное сообщество отрицает его авторство<ref name="iranica">Шаблон:Iranica</ref>.
В кругах исследователей также идут споры о сатирической поэме, предположительно принадлежащей Фирдоуси, в которой поэт высмеял падишаха Махмуда Газневи за то, что тот не вознаградил должным образом труд поэта. Ранний биограф Фирдоуси Низами Арузи утверждал, что весь текст этой поэмы, кроме шести строк, был уничтожен доброжелателем, который специально выкупил эту поэму у Фирдоуси за тысячу дирхамов. Ряд фрагментов текста «Шахнаме» похож на сатирические стихи; некоторые учёные считают их сфабрикованными, другие склонны считать их подлинными творениями Фирдоуси<ref name="iranica" />.
Легенда
По легенде, не имеющей точных подтверждений (содержится в «Четырёх беседах» Низами Арузи), падишах Махмуд Газневи отказался заплатить Фирдоуси за поэму. Это сильно рассердило поэта, и он написал сатиру, в которой упрекал падишаха в происхождении от раба. В результате гнева правителя Фирдоуси был вынужден бежать из страны и скитаться в бедности до конца жизни<ref name="bertels" />.
Существует предание, согласно которому незадолго до смерти Фирдоуси падишах Махмуд случайно услышал от одного придворного выразительный стих из «Шахнаме», осведомился об авторе и узнал, что стих — из посвященной Махмуду же «Книги царей» знаменитого Фирдоуси, который теперь проживает в бедности в Тусе. Махмуд немедленно распорядился послать в Тус богатый дар для Фирдоуси. Но, по этой легенде, Фирдоуси незадолго до этого скончался: в то самое время, когда через одни городские ворота выносили для похорон его тело, в другие городские ворота вступали верблюды с дарами от Махмуда<ref>Шаблон:ВТ-ЭСБЕ</ref>.
Проблема идентичности Фирдоуси в СССР
Шаблон:Also Как отмечает Ираника, современное использование слова «таджик» было искажено в советском и таджикском академическом дискурсе в угоду советской национальной политике и таджикского национализма<ref name="iranica_02">John Perry Tajik I. The ethnonym: origins and application Шаблон:Wayback // Encyclopedia Iranica</ref>. Исторически Таджикистан не существовал как отдельное образование и появился только в составе СССР, в это же время начались интенсивные споры об идентичности таджиков. Таджикский национализм начал претендовать на приоритет Таджикистана в персидской литературе. В 1930-е годы проблема происхождения «Шахнаме» стала главной в спорах о таджикской идентичности. В 1941 году Иосиф Сталин назвал таджиков «древнейшим из народов Средней Азии», который «родил великого поэта Фирдоуси»<ref name="Eurasia_Without_Border">Шаблон:Iw Eurasia Without Borders: The Dream of a Leftist Literary Commons, 1919—1943 Шаблон:Wayback, Harvard University Press, 2021. pp. 119—120</ref>. В большинстве советских научных работ персидская литература стала именоваться «персидско-таджикской». Основными сторонниками этой трансформации стали таджикские писатели Садриддин Айни и Бободжан Гафуров<ref name="iranica_02" />. Гафуров также утверждал, что древнейшие тексты Авесты написаны предшественниками современных таджиков и что это народы Ирана впитали культуру народов Средней Азии, а не наоборот. Он настаивал, что писателей и философов, которых считали персидскими, таких как Фирдоуси, Аль-Бируни или Рудаки, следует считать «персидско-таджикскими»<ref name="Eurasia_Without_Border" /><ref name="Nourzhanov">Kirill Nourzhanov The Politics of History in Tajikistan: Reinventing the Samanids. Published in Walls and Frontiers in Inner-Asian History: Proceedings from the Fourth Conference of the Australasian Society for Inner Asian Studies (A.S.I.A.S): Macquarie University, November 18-19, 2000</ref>. Такой подход полностью соответствовал советской идеологии и национальной политике<ref name="Heritage">The Heritage of Soviet Oriental Studies, Routledge Contemporary Russia and Eastern Europe Series. Ed. Michael Kemper, Stephan Conermann, Routledge, 2011</ref>. Характеристика Фирдоуси как персидского поэта стала поводом для обвинений, в частности в адрес Абулькасима Лахути<ref name="Eurasia_Without_Border" /><ref name="Kirasirova">Masha Kirasirova My Enemy’s Enemy: Consequences of the CIA Operation against Abulqasim Lahuti, 1953-54, Iranian Studies, 2017, Taylor & Francis</ref>.
В 1948 году Евгений Бертельс сделал попытку отказаться от территориального и этнического подхода в иранской филологии. Он опубликовал статью «Литература на персидском языке в Средней Азии», в которой исходил из идеи целостности персидской литературы, заявив, что будет понимать под таковой все произведения, «написанные на т. н. „новоперсидском языке“, независимо от этнической принадлежности их авторов и того географического пункта, где эти произведения возникали». В числе персидских поэтов Бертельс писал и о Фирдоуси<ref name="бертельс2">Бертельс Е. Э. Литература на персидском языке в Средней Азии. — Советское востоковедение. Вып. V. М.-Л., 1948, с. 200.</ref>. Выступление Бертельса немедленно превратило его в объект политизированной критики за переход на «ошибочные позиции западноевропейских востоковедов». Бертельс пытался отстаивать свою позицию, заявив о методологической абсурдности классификации писателей в соответствии с их этнической либо территориальной принадлежностью, однако после новых обвинений со стороны коллег в реакционном паниранизме и буржуазном космополитизме он был вынужден признать свои «крупные ошибки»<ref name="Tamazishvili2">Тамазишвили А. О. Послесловие [к публикации доклада Б. Н. Заходера «Е. Э. Бертельс»]. — Иранистика в России и иранисты. М., 2001, с. 185—186.</ref><ref name="бертельс3">«Выяснять этническую принадлежность каждого заслуживающего внимания автора, а затем расклассифицировать их по разным литературам — но такая задача, во-первых, была бы невыполнимой потому, что данных об этнической принадлежности старых писателей у нас нет и, вероятно, никогда не будет; во-вторых, это методологически было бы порочно до самой последней крайности. Следовательно, мы тогда строили бы литературу по признаку крови, по признаку расы. Едва ли нужно говорить, что так строить литературу мы не можем и не будем, я, во всяком случае, не буду, если кто-нибудь другой хочет — пожалуйста, его частное дело (…) Как провести раздел между персидской и таджикской литературой — я, скажу откровенно, не знаю. Если встать на такую позицию, что мы должны писателя отнести обязательно к тому месту, где он родился и где он большую часть своей жизни действовал, то этот принцип нас никуда не приведет». — Архивный фонд МГ ИВ АН СССР. Цит. по: Иранистика в России и иранисты / Рос. акад. наук. Ин-т востоковедения; [Отв. ред. Л. М. Кулагина]. М. : ИВ РАН, 2001. С. 184.</ref>.
К концу 1930-х годов в СССР «Шахнаме» стала определяться не как персидская поэма, а как персидско-таджикская или просто таджикская<ref name="Eurasia_Without_Border" />. Позднее образ Фирдоуси стал одним из символов таджикского национализма<ref>Payam Foroughi Tajikistan: Nationalism, Ethnicity, Conflict, and Socio-economic Disparities—Sources and Solutions, Journal of Muslim Minority Affairs, Vol. 22, No. 1, 2002</ref>.
Память
- Мемориальный комплекс Гробница Фирдоуси в Тусе, Иран.
- Мешхедский университет имени Фирдоуси (Иран).
- Площадь Фирдоуси в Тегеране с Шаблон:Iw.
- Улицы Фирдоуси в городах Душанбе, Ереван, Баку, Тбилиси, Ташкент и Самарканд.
- Район Фирдавси в Душанбе.
- Памятник в Душанбе.
Постановки и экранизации произведений
- Пьеса «Сиявуш» (1933) азербайджанского поэта и драматурга Гусейна Джавида по одному из сюжетов «Шахнаме».
- «Знамя кузнеца» (1966), «Таджикфильм» режиссёра Борис Кимягаров по одному из сюжетов «Шахнаме».
- Кинотрилогия «Сказание о Рустаме» (1971), «Рустам и Сухраб» (1971) и «Сказание о Сиявуше» (1976, «Таджикфильм») режиссёра Борис Кимягаров по мотивам «Шахнаме».
Переводы на русский язык
- Истины: Изречения персидского и таджикского народов, их поэтов и мудрецов. / Пер. Н. И. Гребнева. СПб.: Азбука-классика, 2005. 256 с. ISBN 5-352-01412-6 (первое издание М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1968)
- Книга царей Шахнаме, пер. М. Л. Лозинского, под ред., с комментариями и статьёй Ф. А. Розенберга, М. — Л., 1934;
- Шахнаме, пер. Ц. Б. Бану и А. А. Лахути, ст. и коммент. А. А. Старикова, под ред. А. А. Лахути и А. Н. Болдырева, т. 1-4, М., 1957-69;
- Шах-наме: Критический текст: В 9 т. М., 1960—1971.
- Шахнаме, т. 1-2, пер. В. В. Державина и С. И. Липкина. Вступ. ст. И. С. Брагинского, подгот. текста и прим. М.-Н. О. Османова, М., 1964.
Примечания
Литература
- На русском языке
- На других языках