Просмотр кода страницы Публий Корнелий Тацит

{{перенаправление|Тацит|Тацит (император)|о римском императоре}}
{{Писатель
| имя = Публий (Гай) Корнелий Тацит
| оригинал имени = {{lang-la|Publius (Gaius) Cornelius Tacitus}}
| изображение = Gaius Cornelius Tacitus.jpg
| ширина = 250px
| описание изображения = Тацит в представлении художника начала XX века
| дата рождения = {{comment|ок.|около}} 55 г.
| место рождения = неизвестно
| дата смерти = {{comment|ок.|около}} 120 г.
| место смерти = неизвестно
| род деятельности = историк , политик
| годы активности = 90-е — {{comment|ок.|около}} 120 гг.
| направление = 
| жанр = 
| язык произведений = латынь
| викитека = Публий Корнелий Тацит
}}

'''Пу́блий''' (или ''Гай'') '''Корне́лий Та́цит{{sfn|Алмазова|2016|с=711}}<ref group="коммент.">Правильное латинское ударение — Та́цит, но в русском произношении иногда встречается не вполне верная форма «Таци́т», возникшая, вероятно, под влиянием французского произношения.</ref>''' ({{lang-la|Publius Cornelius Tacitus}}, или {{lang-la2|Gaius Cornelius Tacitus}}; середина 50-х — ок. 120 года) — [[Древний Рим|древнеримский]] историк, один из самых известных писателей античности, автор трёх небольших сочинений («[[Агрикола (Тацит)|Агри́кола]]», «[[Германия (Тацит)|Германия]]», «[[Диалог об ораторах]]») и двух больших исторических трудов («[[История (Тацит)|История]]» и «[[Анналы (Тацит)|Анналы]]»).

В молодости Тацит совмещал карьеру судебного оратора с политической деятельностью, стал [[Сенат (Древний Рим)|сенатором]], а в 97 году добился высшей магистратуры — [[Консул (Древний Рим)|консула]]. Достигнув вершин политической карьеры, Тацит был непосредственным свидетелем и произвола императоров, и раболепия сената. После убийства императора [[Домициан]]а и перехода власти к [[Династия Антонинов|династии Антонинов]] он взял на себя труд описать события предшествующих десятилетий Римской империи, но не в русле придворной историографии, а как можно более правдиво. Для этого Тацит скрупулёзно изучал [[Исторические источники|источники]] и старался восстановить полную картину событий. Накопленный материал историк излагал эффектным языком с обилием кратких отточенных фраз, избегая шаблонных выражений и ориентируясь на лучшие образцы [[Римская литература|латинской литературы]] — произведения [[Гай Саллюстий Крисп|Саллюстия]], [[Марк Туллий Цицерон|Цицерона]], [[Тит Ливий|Тита Ливия]]. В своих работах он был не всегда нейтрален, в частности, описывая правления [[Тиберий|Тиберия]] и [[Нерон]]а как трагедии.

Благодаря таланту писателя, глубокому анализу источников и раскрытию психологии действующих лиц Тацит заслуженно признан величайшим из римских историков. Его сочинения в [[Новое время]] стали широко известны в Европе и повлияли на развитие исторической и политической мысли.

== Биография ==

=== Происхождение, рождение, детство ===
[[Файл:Roman Cologne, reconstruction.JPG|мини|270px|[[Колонии Клавдия алтаря Агриппины]] в III—IV веках н. э.<br>
''Реконструкция''.]]

Настоящее первое имя ([[Римские имена|преномен]]) Тацита точно неизвестно. Современники называли его просто Корнелием (по [[римские имена#номен|номену]]) или Тацитом (по [[Римские имена|когномену]]). В [[V век]]е [[Сидоний Аполлинарий]] упомянул его под именем Гай, но средневековые рукописи его сочинений подписаны именем Публий<ref name=irl.242 />. В современной историографии его чаще называют Публием<ref name=irl.242 />.

Неизвестна и точная дата рождения Тацита. Основываясь на последовательности занятия магистратур (''[[cursus honorum]]''), его рождение относят к 50-м годам<ref>{{Knabe.tac}} 54.</ref>. Большинство исследователей называют даты в промежутке с 55 до 58 года ([[Боргези, Бартоломео|Б. Боргези]] пишет, что Тацит родился в 55—56 годах<ref>''Borghesi B.'' Oeuvres complètes de Bartolomeo Borghesi. Vol. 7. — {{P.}}: Imprimerie Impériale, 1872. — P. 322.</ref>, [[Гревс, Иван Михайлович|И. М. Гревс]] — около 55<ref name=grevs.14>''Гревс И. М.'' Тацит. — {{М.}}—{{Л.}}, 1946. — С. 14.</ref>, [[Сайм, Рональд|Р. Сайм]] — в 56—57<ref name=syme.63>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 63.</ref>, [[Кнабе, Георгий Степанович|Г. С. Кнабе]] — в 57—58 годах<ref>{{Knabe.tac}} 63.</ref>, [[Альбрехт, Михаэль фон|М. фон Альбрехт]] — вскоре после середины 50-х годов<ref name=mfa.1194>{{Albrecht.2}} 1194.</ref>, [[Соболевский, Сергей Иванович|С. И. Соболевский]] — в 54—57 годах<ref>{{SobTac}} 243.</ref>; в авторитетной энциклопедии [[Паули-Виссова|Pauly-Wissowa]] время рождения Тацита относится к 55—56 годам<ref>{{Pauly-Wissowa|Borzsak I|P. Cornelius Tacitus|S XI|376}}</ref>).

Неизвестно и место рождения Тацита. Его отца часто отождествляют с Корнелием Тацитом, которого [[Плиний Старший]] упоминает в «[[Естественная история (Плиний)|Естественной истории]]» как [[Всадники (Древний Рим)|всадника]] и [[прокуратор]]а [[Белгика|Белгской Галлии]] (Белгики)<ref>(Plin. N. H., VII, 16 (76)) [[Плиний Старший]]. [[Естественная история (Плиний)|Естественная история]], VII, 16 (76).</ref><ref name=knabe.55>{{Knabe.tac}} 55</ref><ref name=lifeanddeath.233>''Birley A. R.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte. — Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 233.</ref>. Плиний пишет, что наблюдал, как сын прокуратора необычайно быстро рос уже в первые три года жизни. В XIX веке было распространено мнение, что упомянутый Плинием Корнелий Тацит — отец историка, а быстро росший ребёнок — его брат. Альтернативной точкой зрения тогда было мнение, что прокуратором Белгики был сам римский историк<ref>The Natural History. Pliny the Elder. Translation and comments by John Bostock, H. T. Riley. — {{L.}}: Taylor and Francis, 1855. — VII, 16 (76).</ref>. В XX веке возобладало мнение о том, что прокуратор Белгики — отец известного Тацита<ref name=knabe.55 />. Также допускается возможность, что речь могла идти о его дяде<ref name=mfa.1194 />. Но отсутствие надёжных сведений о времени пребывания Плиния на Рейне не даёт возможности установить, действительно ли он родился в Белгике. Кроме того, в середине I в. н. э. недавно присоединённая к Римской империи Белгика оставалась варварской областью, и местом его рождения чаще называют Транспаданию (северную часть бывшей [[Цизальпийская Галлия (римская провинция)|Цизальпийской Галлии]]) или [[Нарбонская Галлия|Нарбонскую Галлию]]<ref name=knabe.59>{{Knabe.tac}} 59.</ref><ref name=syme.615>''Syme R.'' Tacitus. Vol. 2. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 615.</ref><ref name=barrett.ix>''Barrett A. A.'' Introduction // Tacitus. The Annals. The Reigns of Tiberius, Claudius and Nero. — {{Oxf.}}: Oxford University Press, 2008. — P. IX.</ref><ref name=gibson.72>''Gibson B.'' The High Empire: AD 69—200 // A Companion to Latin Literature. Ed. by S. Harrison. — Blackwell, 2005. — P. 72.</ref>. По мнению Г. С. Кнабе, более вероятно рождение Тацита в Нарбонской Галлии, поскольку там наблюдается самая высокая плотность [[Эпиграфика|эпиграфических]] памятников с упоминанием имени Тацитов<ref name=knabe.60>{{Knabe.tac}} 60.</ref>. Аналогичного мнения придерживаются авторы «[[Кембриджская история Древнего мира|Кембриджской древней истории]]» Г. Тауненд и Г. Вулф<ref>''Townend G.'' Literature and society // [[Кембриджская история Древнего мира|Cambridge Ancient History]]. — Vol. X.: The Augustan Empire, 43 BC — AD 69. — P. 908.</ref><ref>''Woolf G.'' Literacy // [[Кембриджская история Древнего мира|Cambridge Ancient History]]. — Vol. XI.: The High Empire, AD 70—192. — P. 890.</ref>. Некоторые исследователи предполагают, что Тацит родился в Риме, поскольку видят в его творчестве высокомерное отношение к провинциалам<ref name=syme.797 />. Наконец, на основании того, что император [[Марк Клавдий Тацит]] родился в городе Интерамн ([[Терни]]), в эпоху Возрождения горожане решили считать историка своим земляком и поставили ему памятник<ref name=irl.242>{{SobTac}} 242.</ref><ref group="коммент.">Император Тацит заявлял о том, что он является потомком историка.</ref>. Но уже в XVI веке это было подвергнуто сомнению и в настоящее время не воспринимается всерьёз<ref name=irl.242 />.

В своей статье о Таците в энциклопедии Паули-Виссова И. Боржак предположил, что тот находился в родстве с [[Публий Клодий Тразея Пет|Тразеей Петом]] и этрусским родом [[Цецины|Цецин]], о которых он отзывался очень высоко. Более того, некоторые позднейшие Цецины носили когномен Тацит, что на также может указывать на какое-то родство. Возможно, мать историка (условно именуемая Цецинией) была дочерью [[Авл Цецина Пет|Авла Цецины Пета]], консула-суффекта 37 года и сестрой Аррии, жены Тразеи; в таком случае, его полным именем могло быть Публий Корнелий Тацит Цецина Пет<ref name=lifeanddeath.231to232>''Birley A. R.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte. — Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 231—232.</ref><ref name=Strachan>[http://www.strachan.dk/family/caecina.htm Caecina] {{Wayback|url=http://www.strachan.dk/family/caecina.htm |date=20210615013739 }}. Strachan stemma.</ref>.

Его предки по отцовской линии, скорее всего, происходили из Италии или Южной Франции. [[Римские имена#Когномен|Когномен]] «Тацит» характерен для принципов образования имён в латинском языке<ref name=syme.798 />. Он происходит от глагола ''taceō'' — молчать, быть тихим<ref>''de Vaan M.'' Etymological Dictionary of Latin and the other Italic Languages. — Leiden—Boston: Brill, 2008. — P. 604—605.</ref>. Наиболее часто когномен «Тацит» встречается в Цизальпийской Галлии и Нарбонской Галлии<ref name=knabe.60 /><ref name=patriaoftacitus.145>''Gordon M. L.'' The Patria of Tacitus // The Journal of Roman Studies. — Vol. 26, Part 2 (1936). — P. 145.</ref>, поэтому вполне вероятны кельтские корни семейства<ref name=patriaoftacitus.150>''Gordon M. L.'' The Patria of Tacitus // The Journal of Roman Studies. — Vol. 26, Part 2 (1936). — P. 150.</ref>. Несмотря на свидетельство Плиния о том, что Корнелии Тациты были [[Всадники (Древний Рим)|всадниками]] (представителями [[Плебс|плебейских]] ветвей рода [[Корнелии|Корнелиев]]), существует версия, что на самом деле он происходил из [[Патриции (Древний Рим)|патрицианской]] ветви Корнелиев<ref name=syme.797>''Syme R.'' Tacitus. Vol. 2. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 797.</ref>. Некоторые учёные предполагают, что Тациты были потомками [[вольноотпущенник]]ов и, возможно, происходили от кого-то из десяти тысяч рабов, которым даровал свободу [[Луций Корнелий Сулла]]<ref name=patriaoftacitus.145 />. Но в современной историографии более распространено мнение, что предки Тацита получили римское гражданство примерно за сто-двести лет до его рождения при поддержке некоего римского магистрата Корнелия<ref name=lifeanddeath.233to234>''Birley A. R.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte. — Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 233—234.</ref>.
[[Файл:Augusta Treverorum.jpg|thumb|270px|Город [[Трир|Августа Треверов]] в IV веке н. э.
<br>''Реконструкция''.]]
На основании анализа детальных описаний историком различных провинций Римской империи Г. С. Кнабе предположил, что можно узнать районы, где он рос. По его мнению, ими были Белгика, [[Нижняя Германия (римская провинция)|Нижняя Германия]], северо-восточная часть [[Нарбонская Галлия|Нарбонской Галлии]] и долина реки [[По (река)|По]]<ref name=knabe.57>{{Knabe.tac}} 57.</ref>. Р. Сайм, впрочем, указывает на то, что подробное описание Тацитом особенностей провинциальной географии было следствием использования хороших источников<ref name=syme.806>''Syme R.'' Tacitus. Vol. 2. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 806.</ref>. Если упомянутый Плинием Корнелий Тацит — отец историка и прокуратор провинции, то его детство должно было пройти в городе [[Августа Треверов]] ({{lang-la|Augusta Treverorum}}; современный [[Трир]]) или в Колонии Клавдия алтаря Агриппины ({{lang-la|Colonia Claudia Ara Agrippinensium}}; современный [[Кёльн]])<ref name=knabe.58>{{Knabe.tac}} 58</ref><ref name=syme.614>''Syme R.'' Tacitus. Vol. 2. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 614.</ref>.

Некоторые исследователи находят в творчестве Тацита галлицизмы (диалектные слова, распространённые в галльских провинциях), которые могут свидетельствовать о том, что образование историк получил за пределами Италии<ref name=syme.798>''Syme R.'' Tacitus. Vol. 2. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 798.</ref>. Кроме того, благодаря его неоднократным публичным выступлениям в Риме имеются свидетельства о заметном акценте историка. Этот акцент мог сложиться под влиянием формирования речевых навыков среди романизированных германцев<ref name=knabe.58 />. Возвращение Тацита из Белгики в Рим, таким образом, произошло после середины 60-х годов, когда его акцент уже сложился<ref name=knabe.58 />. Впрочем, эта гипотеза не является общепринятой.

=== Молодость, начало политической карьеры ===
Тацит получил хорошее [[Риторика|риторическое]] образование<ref name=syme.63 />. Предполагается, что его учителем риторики мог быть [[Квинтилиан]], а позднее — Марк Апр и Юлий Секунд<ref name=anticzpis>Тацит // Античные писатели. Словарь. — {{СПб.}}: «Лань», 1999. — 448 с.</ref>. Философской подготовки он, вероятно, не получил и позднее сдержанно относился к философии и философам<ref name=tronski.206>{{Tronski.tac}} 206.</ref>. Будущий историк добился большого успеха в публичных выступлениях, и [[Плиний Младший]] пишет о том, что в конце 70-х годов «''громкая слава Тацита была уже в расцвете''»<ref>(Plin. Ep., VII, 20) [[Плиний Младший]]. Письма, VII, 20.</ref>. Ничего не известно о его военной службе.

В 76 или 77 году Тацит обручился с дочерью полководца [[Гней Юлий Агрикола|Гнея Юлия Агриколы]] по инициативе последнего<ref name=lifeanddeath.234>''Birley A. R.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte. — Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 234.</ref><ref name=knabe.62>{{Knabe.tac}} 62</ref><ref name=syme.64>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 64.</ref>. Примерно в это же время начала стремительно развиваться карьера Тацита. Его собственное признание о том, что его карьере способствовали три императора — [[Веспасиан]], [[Тит (римский император)|Тит]] и [[Домициан]] — обычно истолковывается как внесение в список сенаторов Веспасианом, [[квестор|квестура]] во времена Тита и [[претор|претура]] при Домициане<ref name=lifeanddeath.234 /><ref name=knabe.64>{{Knabe.tac}} 64.</ref>. Как правило, в римский сенат попадали все магистраты, начиная с квестора или [[народный трибун|трибуна]]. Досрочное попадание Тацита в сенат стало свидетельством доверия со стороны нового императора<ref name=knabe.64 />. Таким образом, Тацит попал в число «кандидатов цезаря» — лиц, рекомендованных императором к занятию должности и утверждавшихся сенатом вне зависимости от их способностей и заслуг<ref name=tronski.208>{{Tronski.tac}} 208.</ref>. Впрочем, по другой версии, в сенат он был введён только при Тите, то есть одновременно с квестурой<ref name=tronski.208 /><ref name=esbe>[[:s:ЭСБЕ/Тацит, Корнелий|Тацит, Корнелий]] // [[Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона]]</ref>. В 81 или 82 году Тацит был [[квестор]]ом, а спустя два или три года стал трибуном или [[эдил]]ом, хотя нет прямых свидетельств, указывающих на занятие этих должностей<ref name=tronski.208 /><ref name=syme.65>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 65.</ref>. Майкл Грант предполагает, что в 85 году Тацит мог способствовать возвращению Агриколы из Британии<ref>''Грант М.'' Римские императоры. — {{М.}}: Терра—Книжный клуб, 1998. — С. 79</ref>, но маловероятно, что будущий историк был тогда достаточно влиятельным для оказания воздействия на императора.

В 88 году Тацит стал [[претор]]ом. Примерно в это же время он вошёл в коллегию [[Квиндецемвиры священнодействий|квиндецемвиров]], которая хранила [[Книги Сивилл|Сивиллины книги]] и ведала некоторыми культами. Членство в этой коллегии было очень престижным<ref name=lifeanddeath.234 /><ref name=tronski.208 /><ref name=syme.66>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 66.</ref>. Столь быстрое возвышение, по мнению исследователей, стало следствием верности династии Флавиев<ref name=knabe.68>{{Knabe.tac}} 68.</ref>. В 88 году Тацит участвовал в организации внеочередных [[Терентинские игры|Секулярных (Столетних) игр]], созванных по инициативе Домициана, о чём пишет в «Анналах»:
{{начало цитаты}}
«''…Ведь и он [Домициан] также дал секулярные игры, и в их устройстве я принимал деятельное участие, облечённый званием жреца-квиндецимвира и тогда, сверх того, претор; говорю об этом не ради похвальбы, а потому, что эта забота издавна возлагалась на коллегию квиндецемвиров''».{{конец цитаты|источник=<ref>(Tac. Ann., XI, 11) Тацит. Анналы, XI, 11.</ref>}}

Подробнее Тацит описал эти игры в несохранившихся книгах «Истории»<ref name=tronski.209>{{Tronski.tac}} 209.</ref>. Тем не менее ему не удалось воспользоваться почётными лаврами организатора игр — в том же году вспыхнул мятеж [[Луций Антоний Сатурнин|Луция Антония Сатурнина]], который Домициан жестоко подавил, после чего провёл массовые казни в Риме<ref>{{Knabe.tac}} 69—70.</ref>. Когда император начал репрессии против реальных и вымышленных оппонентов, Тацит ему не противодействовал<ref name=mfa.1194 />. В 89—93 годах будущий историк отсутствовал в Риме, однако не представляется возможным установить, где он находился. Его отсутствие выводится из описания смерти его тестя Гнея Юлия Агриколы (93 год) в одноимённом сочинении:
{{начало цитаты}}
«''Но меня и его дочь, при всей нашей скорби из-за потери отца, охватывает ещё и горькое сожаление, что нам не пришлось находиться при нём во время его болезни, окружать нашим вниманием умирающего, запечатлеть в себе его образ, обнять его напоследок. Мы, разумеется, знаем, в чём состояли его напутствия и каковы были сказанные им перед кончиною слова, и все они глубоко запали нам в душу. Но наша печаль, наша сердечная рана в том, что из-за нашего длительного отсутствия он был потерян нами за четыре года до этого''»{{конец цитаты|источник=<ref>(Tac. Agr., 45) Тацит. Агрикола, 45.</ref>}}

На основании упоминавшегося свидетельства Плиния Старшего самого историка изредка считают прокуратором Белгики<ref name=syme.70 />. Г. С. Кнабе, основываясь на хорошем знании земель вдоль Рейна, приписывает Тациту пребывание в одной из германских провинций в ранге наместника<ref name=knabe.79>{{Knabe.tac}} 79</ref>. Р. Сайм, впрочем, предполагает, что германские провинции и, в частности, Белгика, были слишком важными для управления пропретором<ref name=syme.70 />. Однако Тацит, по его мнению, как и большинство других амбициозных политиков, мог командовать легионом в одной из провинций<ref name=syme.68>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 68.</ref>. Э. Бирли предполагает, что он командовал одним легионом, расквартированным на Рейне или на Дунае<ref>''Birley A.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte. — Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 235.</ref>. Существуют также предположения, что Тацит занимался гражданскими делами (прежде всего, судебными) в [[Каппадокия|Каппадокии]], Британии или [[Ближняя Испания (римская провинция)|Ближней Испании]]<ref>{{Pauly-Wissowa|Borzsak I|P. Cornelius Tacitus|S XI|387}}</ref>.

=== Консулат, последние годы жизни ===
[[Файл:G.C.Tacito.jpg|мини|250px|Памятник Тациту в [[Терни]]]]
В 97 году Тацит стал одним из [[Консул-суффект|консулов-суффектов]] по заранее утверждённому списку. Ранее, в 96 году, Домициан был свергнут, императором стал [[Нерва]]. Из-за этого неясно, какой император составлял и утверждал список консулов на будущий год. Предполагается, что составлялся список Домицианом, а окончательно утверждался Нервой, поскольку известно, что консулами 69 года стали в основном люди, утверждённые ещё за шесть месяцев до нового года императором [[Нерон]]ом<ref name=syme.70>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 70.</ref><ref name=knabe.71>{{Knabe.tac}} 71</ref><ref name=lifeanddeath.238>''Birley A. R.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte. — Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 238</ref>. Другими консулами стали именитые политики, полководцы и юристы. Их одобрение Нервой стало знаком, что новую власть поддерживают самые известные люди из представителей [[нобилитет]]а и талантливых выходцев из низов и что новый император намерен опираться на них, не предпринимая радикальных изменений и не используя силу<ref name=knabe.71 />. Это было актуально, поскольку в Риме помнили о гражданской войне, которая охватила империю после падения династии Юлиев-Клавдиев. Состав консулов на 97 год показателен и тем, что почти все новые консулы были верны прежним принцепсам (до Домициана) и не принадлежали к сенатской оппозиции императорам<ref name=knabe.72>{{Knabe.tac}} 72</ref>. Для Тацита, сына прокуратора и [[Всадники (Древний Рим)|всадника]] по рождению, это была вершина очень удачной карьеры<ref name=syme.70 />. В месяцы консулата Тацита (будучи суффектом, он был одним из двух консулов не весь год) произошёл мятеж преторианцев под руководством {{нп5|Касперий Элиан|Касперия Элиана||Casperius Aelianus}}, и историк был свидетелем или даже участником попыток урегулирования ситуации<ref name=knabe.73>{{Knabe.tac}} 73</ref>. Именно в дни мятежа Нерва усыновил популярного полководца [[Траян|Марка Ульпия Траяна]]<ref group="коммент.">Усыновление действующим императором означало, что Траян станет наследником Нервы.</ref>, находившегося на Рейне, и послал ему письмо со строкой из [[Илиада|Илиады]] «''Слёзы мои отомсти аргивянам стрелами твоими!''»<ref>(Hom. Il. 42) [[Гомер]]. [[Илиада]], 42</ref><ref>(Cass. Dio, LXVIII, 3) [[Дион Кассий]]. История, LXVIII, 3</ref>. Известно и о том, что в 97 году Тацит произнёс погребальную речь на похоронах консула [[Луций Вергиний Руф|Луция Вергиния Руфа]]<ref name=tronski.773>''Тронский И. М.'' Корнелий Тацит // Публий Корнелий Тацит. Анналы. Малые произведения. История. — Т. 2. — {{М.}}: Ладомир, 2003. — С. 773.</ref>. Примерно в 100 году он вместе с Плинием Младшим участвовал в деле африканских провинциалов против проконсула Мария Приска — наместника, известного своими злоупотреблениями<ref name=mfa.1195>{{Albrecht.2}} 1195</ref>.

В 100—104 годах о Таците вновь ничего не известно, но он, скорее всего, вновь находился вне Рима. Впрочем, основания для этой гипотезы довольно шаткие, поскольку она основана на письме Плиния к Тациту с приветствием о возвращении из какого-то путешествия ([[Марк Туллий Цицерон|Цицерон]] аналогичным образом приветствовал вернувшихся издалека)<ref name=syme.71>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 71.</ref>. Наиболее вероятным местом его пребывания называются провинции [[Нижняя Германия (римская провинция)|Нижняя]] или [[Верхняя Германия]], причём, скорее всего, он находился там в качестве наместника<ref name=knabe.78>{{Knabe.tac}} 78</ref><ref name=syme.72>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 72.</ref>. В эти годы военные действия на Рейне практически прекратились, и несколько легионов были переброшены на Дунай для войны с даками, поэтому не бывший профессиональным военным Тацит мог претендовать на эту должность<ref name=syme.71 /><ref name=syme.72 />.

Достоверно известно о проконсульстве Тацита в Азии с лета 112 до лета 113 годов — его имя и должность зафиксированы в надписи, найденной в конце XIX века в [[Миляс]]ах<ref name=syme.72 /><ref name=irl.244>{{SobTac}} 244</ref>. Провинция Азия была важна для империи, и императоры назначали туда проверенных людей. Назначение Тацита на 112/113 годы было особенно ответственным из-за готовившегося Траяном похода на Парфию<ref name=knabe.75>{{Knabe.tac}} 75</ref>.

На протяжении всей жизни Тацит дружил с [[Плиний Младший|Плинием Младшим]] — одним из виднейших римских интеллектуалов конца I века. Точная дата смерти историка неизвестна. На основании того, что он озвучивал намерение описать также правление [[Октавиан Август|Октавиана Августа]], а также Нервы и Траяна, но не выполнил обещания, возможно, что он умер вскоре после издания «Анналов» (конец 110-х годов)<ref name=irl.245>{{SobTac}} 245</ref>. Но отсутствие упоминаний о Таците в «[[Жизнь двенадцати цезарей|Жизни двенадцати цезарей]]» [[Гай Светоний Транквилл|Светония]] (этот автор никогда не называет по именам живущих людей) может свидетельствовать, что историк умер уже после выхода в свет этого произведения, то есть около 120 года или позднее<ref name=irl.245 />. Таким образом, Тацит умер в правление императора [[Адриан]]а.

== Литературная деятельность ==

=== Римская историография I века ===
{{якорь|Римская_историография}}К концу I века в Риме сложилась богатая историческая традиция. К этому времени было написано немало сочинений, описывавших как историю Рима от его основания, так и прошлое римских провинций, значительная часть которых ранее была самостоятельными государствами. Существовали и подробные работы об отдельных войнах или о небольших периодах времени. Обычно история считалась разновидностью ораторского искусства. Это было связано с тем, что в Древней Греции и Риме любые произведения обычно зачитывались и воспринимались на слух. Занятия историей были в почёте, и ей занимались самые высокопоставленные лица. Несколько исторических сочинений написал император [[Клавдий]]; автобиографические произведения оставили современники Тацита Веспасиан и Адриан, а Траян описал Дакийскую кампанию<ref name=breisach.66>{{Breisach}} 66</ref>.

Но в целом во времена Тацита историография находилась в упадке. Во-первых, установление принципата разделило историков на две группы — поддерживавших империю и находившихся в оппозиции к ней или к правящему императору<ref name=breisach.63>{{Breisach}} 63</ref>. Авторы первой категории старались не затрагивать события последних десятилетий, ограничиваться отдельными эпизодами либо описывать недавние события, прославляя действующего императора и следуя официозной версии событий конца I века до н. э. — I века н. э. Во-вторых, авторам, которые писали о современных событиях, стало сложнее искать источники — многие очевидцы важных событий (дворцовые перевороты, заговоры, придворные интриги) умерщвлялись, высылались из Рима или хранили молчание, а важнейшие документы стали храниться при дворе императора, куда имели доступ немногие<ref name=breisach.66 />.{{якорь|Цензура}} В-третьих, к правящей элите пришло понимание, что современные историки, описывая прошлое, нередко так или иначе проводят аналогии с современными реалиями и высказывают своё мнение о происходящих в обществе процессах. В результате появилась цензура исторических произведений<ref name=breisach.65>{{Breisach}} 65</ref><ref name=cct.87 />. О такой возможности был хорошо осведомлён и Тацит, который описывает трагическую судьбу [[Кремуций Корд|Кремуция Корда]] и его исторического сочинения (он покончил жизнь самоубийством, а его работы были сожжены). Кроме того, Тацит упоминает [[Квинт Юний Арулен Рустик|Арулена Рустика]] и [[Геренний Сенецион|Геренния Сенециона]], которых казнили, а их произведения сожгли на костре. В «Диалоге об ораторе» устами Юлия Секунда Тацит озвучивает распространённое мнение, что нежелательна публикация сочинений, которые могут быть истолкованы как скрытый выпад против императорской власти. Кроме того, потенциальные историки начали подвергаться давлению и из-за стремления раскрыть закулисную жизнь сената и придворных императора. Так, Плиний Младший упоминает о том, что однажды публично зачитывавшего своё сочинение Тацита (по-видимому, он читал первые книги своей «Истории») прервали друзья некоего человека. Они стали упрашивать его не продолжать чтение, поскольку историк готовился рассказать слушателям информацию, которая могла бы негативно сказаться на репутации их друга<ref name=cct.87>''Ash R.'' Fission and fusion: shifting Roman identities in the Histories // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 87</ref>. Таким образом, написание исторических сочинений стало сопряжено с различными трудностями. По этим причинам сравнительно нейтрального произведения, которое бы детально описывало правление первых римских императоров, к концу I века так и не появилось. За написание такой работы взялся Тацит.

=== Обзор произведений ===
Мысль написать историческое произведение о ближайшем прошлом, по всей видимости, пришла к Тациту вскоре после убийства Домициана. Однако, обратившись к литературному творчеству, он начал с небольших произведений. Сперва Тацит написал биографию своего тестя [[Гней Юлий Агрикола|Агри́колы]] («''De vita Iulii Agricolae''» — «О жизни Юлия Агриколы»), где в том числе собрал воедино немало географических и этнографических подробностей о жизни британских племён. Уже во вступлении к «Агриколе» он характеризует правление Домициана как время, которое император отнял у римлян. Там же обозначено намерение автора написать всеобъемлющее историческое сочинение<ref>''Birley A.'' The Life and Death of Cornelius Tacitus // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 239</ref>:
<blockquote>''«И всё же я не пожалею труда для написания сочинения, в котором пусть неискусным и необработанным языком — расскажу о былом нашем рабстве и о нынешнем благоденствии. А тем временем эта книга, задуманная как воздаяние должного памяти моего тестя Агриколы, будет принята с одобрением или во всяком случае снисходительно; ведь она — дань сыновней любви»''<ref>(Tac. Agr. 3) Тацит. Агрикола, 3</ref>.</blockquote>
Чуть позже в отдельном сочинении «Германия» («''De origine et situ Germanorum''» — «О происхождении и расположении германцев») Тацит описал опасных северных соседей Римской империи — германские племена. «Агрикола» и «Германия» перекликаются с общей идейной направленностью поздних работ историка. После их завершения Тацит приступил к написанию масштабного произведения о событиях 68—96 годов — «Истории» («''Historiae''» — «История»<ref group="коммент.">''Historiae'' — именительный падеж, множественное число, то есть «Истории», однако в латинском языке так могли называть единое историческое сочинение в нескольких частях.</ref>). Во время её создания им был также опубликован небольшой «Диалог об ораторах» («''Dialogus de oratoribus''»). К концу жизни историк занялся написанием труда «Анналы» («''Annales''»; первоначальным названием было «''Ab excessu divi Augusti''» — «От кончины {{comment|божественного|этим титулом сенат наградил императора уже посмертно}} Августа») о событиях, предшествовавших описанным в «Истории» (то есть 14—68 годы).

=== Агрикола ===
{{main|Агрикола (Тацит)}}
[[Файл:Agricola.Campaigns.78.84.jpg|мини|250px|Военные походы Агриколы в Британии]]
В [[98 год]]у Тацит написал биографию своего тестя [[Гней Юлий Агрикола|Гнея Юлия Агри́колы]] с акцентом на [[Римское завоевание Британии#Завоевательные походы Агриколы|его военных кампаниях]] на [[Британские острова|Британских островах]] — «''De vita et moribus Iulii Agricolae''». В настоящее время «Агрикола» чаще всего считается первым произведением Тацита<ref name=knabe.108>{{Knabe.tac}} 108</ref><ref name=bir.>''Birley A. R.'' The Agricola // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 48</ref> и датируется 98 годом<ref name=cct.31>''Woodman A. J.'' Tacitus and the contemporary scene // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 31</ref><ref>Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — P. 78{{ref|en}}</ref>, хотя существуют и иные датировки<ref name=cv.411 /><ref name=ivl.483>{{Gasp.ivl.1ad}} 483</ref>. Исследователи отмечают определённое сходство «Агриколы» с ''laudatio'' — торжественными погребальными речами, которые обычно произносили на похоронах знатных римлян<ref name=knabe.109>{{Knabe.tac}} 109</ref><ref name=mellor.143 />. Возможно, это произведение было написано вместо погребальной речи, которую Тацит не смог произнести из-за отсутствия в Риме<ref>''Тронский И. М.'' История античной литературы. — {{Л.}}: Учпедгиз, 1946. — С. 467</ref>.

В произведении лаконично описывается юность и конец жизни Агриколы, между ними находятся пространные описания Британии и походов полководца, а в начале и конце — перекликающиеся друг с другом вступление и заключение<ref name=mfa.1199>{{Albrecht.2}} 1199</ref>. Представляя своего тестя прежде всего в качестве крупного полководца, Тацит следовал традиции, заложенной ещё в республиканскую эпоху. В соответствии с ней, римские аристократы обладали особым набором качеств ({{lang-la|virtus}}<ref group="коммент.">Значение термина «''virtus''» в латинском языке более широко и включает в себя значения, связанные как с воинской доблестью, так и с нравственными достоинствами.</ref>) и проявляли их прежде всего в военных кампаниях<ref name=chcl.ll.643>{{Goodyear.CHCL}} 643</ref>. Стиль сочинения характеризуется краткостью, возвышенностью слога и выразительными описаниями, что будет характерно и для более поздних произведений историка<ref name=mellor.145 />. Кроме того, «Агрикола» в сжатой форме содержит основные идеи, которые впоследствии Тацит развивал в своих крупных произведениях<ref name=mellor.143 />.

Изображение историком Агриколы олицетворяет идеал римского гражданина<ref name=stadter.464>''Stadter P. A.'' Character in Politics // A Companion to Greek and Roman Political Thought. Ed. by R. K. Balot. — Wiley-Blackwell, 2009. — P. 464</ref>. На примере своего тестя историк доказывает, что умеренный и добродетельный человек способен выжить при любом, даже самом суровом императоре<ref name=cv.411>''Чистякова Н. А., Вулих Н. В.'' История античной литературы. — {{Л.}}: ЛГУ, 1963 — С. 411.</ref>. По сравнению с более распространёнными занимательными биографиями раннеимперского периода (сохранились сборники [[Плутарх]]а и [[Гай Светоний Транквилл|Светония]]), «Агрикола» отличается почти полным отсутствием тривиальных фактов и анекдотичных историй из жизни описываемого человека<ref name=mellor.145>Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — P. 145{{ref|en}}</ref>. Кроме собственно биографического материала, Тацит использовал этнографические и географические отступления, благодаря чему «Агрикола» — важный источник по истории [[Британские острова|Британских островов]] в первый век римского владычества<ref name=mellor.143>Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — P. 143{{ref|en}}</ref>.

=== Германия ===
{{main|Германия (Тацит)}}
[[Файл:Blaeu 1645 - Germaniae veteris typus.jpg|мини|300px|Карта Германии, составленная по данным Тацита. ''Издание [[Блау, Ян Виллем|Яна Блау]], 1645 год'']]

Вторым произведением Тацита стало сочинение «''De origine, situ, moribus ac populis Germanorum''» («О происхождении, расположении, нравах и населении Германии») — географический и этнографический очерк о жизни древних германцев и о расположении отдельных племён. Эта работа была написана вскоре после «Агриколы», в том же 98 году — на это указывает упоминание о втором консульстве Траяна<ref name=cct.31 /><ref name=sob.253 />. «Германия» условно делится на две части — общую и специальную. В первом разделе Тацит описывает германцев целиком, во втором — каждое племя в отдельности<ref name=sob.252 /><ref name=mfa.1200>{{Albrecht.2}} 1200</ref>. Тацит подробно описывает нравы германцев, которых ценит достаточно высоко (он пишет не только о недостатках германских племён, но и об их достоинствах по сравнению с римлянами; подробнее [[#Отношение к другим народам|см. ниже]]). Цель написания сочинения неясна — либо это было простое ознакомление с жизнью северных соседей, либо историк преследовал некую определённую цель (желание повлиять на Траяна и убедить его не начинать войну с воинственными племенами; указание на опасность, исходящую с севера, и так далее)<ref name=sob.253 />.

Сочинение является крайне ценным источником по истории древних германцев. Благодаря наличию положительных характеристик древних германцев это произведение использовалось идеологами германского национализма и оказало большое влияние на развитие германского национального движения (подробнее [[#Влияние в Германии|см. ниже]]).

=== Диалог об ораторах ===
{{main|Диалог об ораторах}}

В основе этого произведения лежит сюжет о беседе нескольких известных в Риме ораторов о своём ремесле и его скромном месте в общественной жизни. Затрагивавшие вопрос о причинах упадка красноречия сочинения, подобные «Диалогу», были распространены в I веке н. э.<ref name=knabe.144>{{Knabe.tac}} 144</ref><ref name=chcl.ll.645 />, однако позиция Тацита на эту тему совершенно иная<ref name=losev.2000.598>''Лосев А. Ф.'' История античной эстетики. Том V. — М.—Харьков: АСТ—Фолио, 2000. — С. 598</ref>. Ораторы Марк Апр и Юлий Секунд приходят к Куриацию Матерну, который на днях публично прочитал свою поэму о [[Марк Порций Катон Младший|Катоне Младшем]] — одном из самых идеализируемых римских республиканцев и борцов с тиранией. С обсуждения целесообразности издания сочинения, которое восхваляет непримиримого защитника республиканского строя, начинается дискуссия о красноречии. После присоединения к Апру и Секунду Випстана Мессалы начинается обсуждение места ораторского мастерства в современном мире. По замечанию Г. С. Кнабе, дискуссия выглядит «''как пародия на судебный процесс, с адвокатами, ответчиками и истцами, [повествование] пересыпано шутками, возражения высказываются с улыбкой''»<ref name=knabe.154>{{Knabe.tac}} 154</ref>. Молодой Тацит всё это время слушает своих наставников — известнейших ораторов Рима. Историчность главных героев находится под вопросом — иногда предполагается, что по крайней мере Марк Апр и Куриаций Матерн — персонажи вымышленные<ref name=knabe.158>{{Knabe.tac}} 158</ref><ref name=knabe.147>{{Knabe.tac}} 147</ref>. Разговор происходит около 75 года, но уточнить дату мешает оплошность Тацита: в тексте присутствует как указание на шестой год правления Веспасиана (между 1 июля 74 и 1 июля 75 года), так и упоминание того, что прошло сто двадцать лет со дня гибели Цицерона (то есть после 7 декабря 76 года)<ref name=knabe.158 />.

В XIX веке «Диалог» считали первым произведением Тацита и относили его создание примерно к 77 году<ref name=esbe /><ref name=losev.2000.597>''Лосев А. Ф.'' История античной эстетики. Том V. — М.—Харьков: АСТ—Фолио, 2000. — С. 597</ref>, то есть вскоре после описанного им разговора. Позднее такой точки зрения придерживались, в частности, С. И. Соболевский<ref name=sob.246>{{SobTac}} 246</ref> и [[Ковалёв, Сергей Иванович (историк)|С. И. Ковалёв]]<ref name=kov.468>''Ковалёв С. И.'' История Рима. — {{Л.}}: ЛГУ, 1986. — С. 468</ref><ref group="коммент.">С. И. Ковалёв (с. 468) так обосновывает отсутствие других произведений Тацита между «Диалогом» и «Агриколой»: «''…длительный перерыв объясняется тем, что в правление Домициана (81 — 96 гг.) всякая возможность свободного литературного творчества была исключена''».</ref>. Однако в настоящее время выход в свет произведения относится ко времени после убийства [[Домициан]]а<ref name=gibson.70>''Gibson B.'' The High Empire: AD 69—200 // A Companion to Latin Literature. Ed. by S. Harrison. — Blackwell, 2005. — P. 70</ref>. Ряд учёных относят написание произведения примерно к 102 году или ещё более позднему времени<ref name=cct.31 /><ref name=chcl.ll.645>{{Goodyear.CHCL}} 645</ref><ref name=losev.2000.597 /><ref name=grant.19>{{GrantGRH}} 19</ref><ref name=goldberg.74 /><ref name=mfa.1198>{{Albrecht.2}} 1198</ref>, Г. С. Кнабе отстаивает идею о появлении «Диалога» во время работы над «Историей» около 105—107 годов<ref name=knabe.152>{{Knabe.tac}} 152</ref>. Окончательная датировка, впрочем, остаётся неясной<ref name=goldberg.74>''Goldberg S. M.'' The faces of eloquence: the ''Dialogus de oratoribus'' // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 74</ref><!-- уточнить -->. До конца не решён и вопрос о подлинности этого сочинения ([[#Вопрос о подлинности сочинений|см. ниже]]). Современные исследователи, как правило, соглашаются с авторством Тацита и рассматривают заложенные в «Диалоге» идеи как рассуждения историка о причинах своего перехода от ораторской карьеры к написанию истории и о выборе стиля для своих сочинений<ref name=ivl.484>{{Gasp.ivl.1ad}} 484</ref>.

=== История ===
{{main|История (Тацит)}}
Тацит, пережив эпоху Домициана, твёрдо решил описать это непростое время, начав повествование с [[Год четырёх императоров|года четырёх императоров]] (69 год). Первоначально он планировал описать правление Домициана в негативном свете и противопоставить ему властвование Нервы и Траяна<ref name=cct.86>''Ash R.'' Fission and fusion: shifting Roman identities in the Histories // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 86</ref>. Впрочем, вскоре историк разочаровался в новом режиме, и изменение взглядов нашло отражение в его сочинениях<ref group="коммент.">Например, в «Истории» он критикует [[Луций Вергиний Руф|Луция Вергиния Руфа]], хотя в 97 году он произнёс похвальную речь на его похоронах.</ref>. По этой причине, а также из-за деликатности темы историк решил отказаться от описания правления Нервы и Траяна<ref name=chcl.ll.646>{{Goodyear.CHCL}} 646</ref>. На это решение повлияло и недовольство известных в Риме людей излишне откровенными рассказами о закулисной жизни римского сената, которые хорошо осведомлённый Тацит начал включать в повествование ([[#Цензура|см. выше]]).

В современной историографии окончание работы над произведением датируется примерно 109 годом<ref name=grant.19 /><ref name=mfa.1198 /><ref name=mellor.80>Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — P. 80{{ref|en}}</ref><ref name=cct.89>''Ash R.'' Fission and fusion: shifting Roman identities in the Histories // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 89</ref>, хотя нет свидетельств, позволяющих провести точную датировку<ref name=chcl.ll.646 />. Точное число книг «Истории» неизвестно: современные исследователи чаще говорят о 12 книгах<ref name=mellor.80 /><ref name=mfa.1202>{{Albrecht.2}} 1202</ref>, хотя из оглавления рукописи «Медицейская II» ([[#Рукописи|см. ниже]]) следует, что «История» состояла из 14 книг<ref name=mfa.1201>{{Albrecht.2}} 1201</ref>. Историк очень подробно описал события года четырёх императоров — ему он посвятил три книги, в то время как оставшимся 26-ти годам он посвятил девять книг<ref name=cct.88>''Ash R.'' Fission and fusion: shifting Roman identities in the Histories // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 88</ref>.

=== Анналы ===
{{Врезка
|Заголовок = А. С. Пушкин. Замечания на «Анналы» Тацита
|Ширина = 250px
|Выравнивание = right
|Содержание = …С таковыми глубокими суждениями не удивительно, что Тацит, ''бич тиранов'', не нравился Наполеону; удивительно чистосердечие Наполеона, в том признававшегося, не думая о добрых людях, готовых видеть тут ненависть тирана к своему мёртвому карателю.}}
{{main|Анналы (Тацит)}}

Ещё во время написания «Истории» Тацит столкнулся с необходимостью исследования истоков проблем, с которыми римское общество столкнулось в год четырёх императоров и при Флавиях. Поэтому он начал написание произведения «''Ab excessu divi Augusti''» («От кончины {{comment|божественного|этим титулом сенат наградил императора уже посмертно}} Августа»), в котором описал правление [[Тиберий|Тиберия]], [[Калигула|Калигулы]], [[Клавдий|Клавдия]] и [[Нерон]]а, а также, вероятно, шесть месяцев безвластия до начала повествования в «Истории»<ref name=chcl.ll.647>{{Goodyear.CHCL}} 647</ref>. Только в Новое время это сочинение начали называть «Анналами». Это самое крупное произведение историка, состоявшее из 18 или 16 книг<ref name=mfa.1201 /><ref name=sob.258>{{SobTac}} 258</ref><ref group="коммент.">[[Соболевский, Сергей Иванович|С. И. Соболевский]] (с. 258) утверждает, что существование лишь 16 книг «Анналов» — это общепринятое мнение. Однако его выводы основываются на исследовании рукописи «Медицейская II». При этом не учитывается, что при существовании лишь 16 книг «Анналов» последние два года правления Нерона должны быть изложены необычайно кратко.</ref>. Вероятно, объёмное сочинение было разделено на три части и издавалось постепенно. По разным оценкам, «Анналы» были написаны после 110<ref name=esbe /> или после 113 года<ref name=cct.31 />. До наших дней целиком сохранились только книги I—IV (описывали события 14—28 годов) и XII—XV (48—65 годы), частично — VI, XI, XVI (31—37, 47—48, 65—66 годы), а также небольшой фрагмент книги V (события 29 года). Таким образом, в основном сохранились описания правления Тиберия и Нерона, частично — Клавдия и совершенно не дошёл рассказ об императорстве Калигулы. Кроме того, «Анналы» могли остаться незавершёнными — Тацит мог умереть, не успев завершить работу над книгами XVII и XVIII (67—68 годы)<ref name=boksch.100>''[[Бокщанин, Анатолий Георгиевич|Бокщанин А. Г.]]'' Источниковедение Древнего Рима. — {{М.}}: МГУ, 1981. — С. 100</ref>. Из-за смерти историка книги XIII—XVI «Анналов» могли опубликовать в предварительной редакции, что объяснило бы некоторые содержательные, логические и стилистические недостатки этих книг<ref name=chcl.ll.647 />. В книге XV содержится описание казней христиан при Нероне — одно из первых независимых свидетельств о Христе и о существовании христианской общины в Риме, благодаря чему этому фрагменту уделяется пристальное внимание исследователей ([[#Тацит о христианстве|см. ниже]]).

В «Анналах» Тацит озвучил намерение описать правление [[Октавиан Август|Октавиана Августа]], но об этом сочинении ничего не известно — по-видимому, оно так и не было написано<ref name=chcl.ll.646 />.

== Источники ==
[[Файл:IMG 3972 - Canova - Napoleone Bonaparte - Milano, Cortile del Palazzo di Brera - Foto Giovanni Dall'Orto 19-jan 2007.jpg|мини|250px|Бронзовая статуя [[Наполеон I|Наполеона Бонапарта]] в образе [[Марс (бог)|Марса]] в [[Милан]]е, подражающая античной скульптуре ([[Канова, Антонио|Антонио Канова]])]]
Принято считать, что Тацит внимательно относился к подбору источников, в отличие от ряда современников, которые занимались лишь компилированием других работ. Из-за того, что историк практически никогда не называет свои источники информации, их установление проблематично. По словам немецкого филолога М. фон Альбрехта, Тацит атрибутирует только те мнения, «''ответственность за которые он не желает брать на себя''»<ref name=mfa.1206>{{Albrecht.2}} 1206</ref>.

Для большинства своих произведений он использует широкий круг источников — исторические произведения предшественников, политические памфлеты<ref group="коммент.">Жанр политического памфлета был распространён в Риме начиная с I века до н. э.; см. напр.: ''Горенштейн В. О.'' Гай Саллюстий Крисп // Гай Саллюстий Крисп. Сочинения. — {{М.}}: Наука, 1981. — С. 150: «''Памфлет как литературная форма нередко использовался в политической жизни Рима. Первым известным нам памфлетом было письмо Цицерона к Помпею, посланное в Азию''».</ref>, законодательные акты<ref name=boksch.101>''[[Бокщанин, Анатолий Георгиевич|Бокщанин А. Г.]]'' Источниковедение Древнего Рима. — {{М.}}: МГУ, 1981. — С. 101</ref><ref name=chcl.ll.648 />. Кроме того, Тацит изучал мемуары видных римлян (например, [[Агриппина Младшая|Агриппины Младшей]] и [[Гней Домиций Корбулон|Гнея Корбулона]]<ref name=mfa.1207>{{Albrecht.2}} 1207</ref>) и собирал свидетельства очевидцев<ref name=boksch.101 /><ref name=chcl.ll.648 />. Собранные сведения Тацит старался детально анализировать и сравнивать друг с другом, чтобы выявлять недостоверную информацию<ref name=boksch.101 />. Однако кропотливый труд по отбору источников не мешал историку записывать и всевозможные слухи (например, о том, что придворный [[Луций Элий Сеян]] в юности торговал собой)<ref name=powell.251>''Powell J. G. F.'' Dialogues and Treatises // A Companion to Latin Literature. Ed. by S. Harrison. — Blackwell, 2005. — P. 251</ref>. Впрочем, нередко Тацит указывает на то, что какая-то информация может и не соответствовать действительности<ref name=sob.277>{{SobTac}} 277</ref>.

Важным источником для Тацита служили акты сената из архива, хотя некоторые учёные оспаривают их важность для Тацита. По мнению Р. Сайма, подобная критика безосновательна, и по крайней мере в «Анналах» акты сената использовались очень часто<ref name=syme.280et281>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 280—281.</ref>. Замечено, что информация, которая могла быть почерпнута именно из сенатских протоколов, обычно группируется в описании событий конца каждого года<ref name=chcl.ll.648 />. Нередко историк использовал официальные протоколы и тексты законодательных актов для уточнения или опровержения информации из других источников<ref name=syme.281>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 281</ref>. Современные исследователи обращают внимание на падение ценности актов сената в I веке н. э. Дело в том, что в терявший влияние сенат поступала уже не вся информация из провинций, а самые ценные документы стали храниться при дворе императора, куда имели доступ немногие<ref name=breisach.66 />. Использовал Тацит и публичные выступления императоров и политиков, которые нередко записывались и затем распространялись<ref name=syme.283>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 283.</ref>. Также он использовал отчёт Тиберия о своём правлении<ref name=syme.277>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 277.</ref>.

Ещё в XIX веке было замечено, что фактические сведения и особенности повествования у Тацита и писавшего по-гречески более позднего историка [[Дион Кассий|Диона Кассия]] нередко бывают похожи. До сих пор нет единого мнения, являются ли похожие фрагменты заимствованием Диона Кассия у Тацита, либо же оба историка использовали некоторые одинаковые сочинения предшественников, которые не дошли до наших дней<ref name=sob.276>{{SobTac}} 276</ref>. В пользу последнего предположения свидетельствуют различные трактовки фактического материала и серьёзные различия в описании событий нескольких лет, например, 15—16 годов<ref name=syme.273>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 273.</ref>. Немало сходств обнаруживается у историка со [[Гай Светоний Транквилл|Светонием]] и [[Плутарх]]ом (описание Тацитом императоров [[Гальба|Гальбы]] и [[Отон]]а очень похоже на их описание в «[[Сравнительные жизнеописания|Сравнительных жизнеописаниях]]» Плутарха, однако оценки императоров у двух историков кардинально различаются)<ref name=chcl.ll.649 />. В качестве возможных источников их сведений называют сочинения [[Ауфидий Басс|Ауфидия Басса]], [[Сервилий Нониан|Сервилия Нониана]] и [[Плиний Старший|Плиния Старшего]]<ref name=syme.274>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 274.</ref>. Впрочем, все эти произведения не сохранились<ref name=syme.274 /><ref name=syme.285>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 285.</ref>, а сам Тацит в предисловии к «Анналам» пишет о том, что ко времени написания сочинения история династии Юлиев-Клавдиев так не и была написана по политическим причинам<ref name=mfa.1206et1207>{{Albrecht.2}} 1206—1207</ref>.

С XIX века существует критическая традиция ([[#Научное изучение сочинений|см. ниже]]), представители которой отстаивали тезис об исключительно компилятивном характере работ Тацита и, таким образом, об их ненадёжности для современных историков<ref name=sob.274>{{SobTac}} 274</ref>. В настоящее время она имеет немного последователей в чистом виде<ref name=sob.274 />, как и сам подход, утверждающий компилятивный характер всей римской историографии<ref name=chcl.ll.648>{{Goodyear.CHCL}} 648</ref>. При этом не отрицается решающая роль нескольких источников<ref name=chcl.ll.649>{{Goodyear.CHCL}} 649</ref>.

При написании «Германии» и этнографическо-географических пассажей в других сочинениях Тацит пользовался работами предшественников (сохранилась только «География» [[Страбон]]а и немногочисленные фрагменты других сочинений) и записывал свидетельства путешественников<ref name=sob.253>{{SobTac}} 253</ref>. Среди не дошедших до нашего времени работ предшественников источниками для «Германии» могли служить 104-я книга «[[История от основания города|Истории от основания города]]» [[Тит Ливий|Тита Ливия]], «Германская война» Плиния Старшего и сочинения греческих авторов<ref name=chcl.ll.644>{{Goodyear.CHCL}} 644</ref>. Несмотря на распространённое мнение о провинциальном происхождении Тацита и его наместничестве в провинциях, вопрос о роли личного опыта в описании германцев и географии Германии является дискуссионным<ref name=sob.253 />.

== Стиль сочинений ==

=== Стилистические особенности латинской литературы I века н. э. ===
Тацит, получив классическое риторическое образование и познакомившись с античной литературой, перенял ряд важных их установок, что объясняет немало особенностей его стиля. В античную эпоху стиль сочинения обычно зависел от жанра, в котором оно писалось<ref name=ivl.309 />. Известно немало случаев, когда сочинения одного автора в разных жанрах различались по стилю настолько, что их принимали за работы разных писателей<ref name=ivl.309 />. Поэтому употребление Тацитом специфической лексики в исторических произведениях и совершенно иной — в «Диалоге об ораторах» — в некоторой степени закономерно. Однако большое влияние Саллюстия — новатора в историографии — привело к тому, что границы латинской исторической прозы стали размываться. Из-за этого исторические произведения уже с I века до н. э. начинают мало-помалу включать в себя приёмы, характерные для риторического мастерства<ref name=ivl.309 />.

{{якорь|Новый_стиль}}Уже в конце I века до н. э. римские ораторы начали разработку нового стиля публичных выступлений, который стал известен как «новое красноречие» или «новый стиль»<ref name=ivl.469>''Гаспаров М. Л.'' Греческая и римская литература I в. н. э. // История всемирной литературы: В девяти томах. — Т. 1. — {{М.}}: Наука, 1983. — С. 469.</ref>. В I веке н. э. он распространился на все основные жанры литературы<ref name=ivl.469 />. Его становление связывается с упадком политического красноречия из-за падения Республики и концентрации реальной власти в руках императоров; вместо него продолжали развиваться судебное и торжественное красноречие<ref name=ivl.469 />. Отличительные особенности «нового стиля» — краткие отточенные фразы, изобиловавшие антитезами и парадоксами, а также стремление произвести мгновенный эффект<ref name=ivl.469 />.

=== Влияние предшественников ===
{{Врезка
|Заголовок = Цицерон о [[Луций Лициний Красс|Луции Крассе]] (Об ораторе, III, 2—3) и Тацит об Агриколе (Агрикола, 45)
|Ширина = 250px
|Выравнивание = right
|Содержание = Цицерон: «Не увидел он ни Италии, объятой пламенем войны, ни сената, сгоравшего завистью, ни государственных мужей, обвиняемых в злодейских поступках… ни неистовств Гая Мария, ни падения государства, в котором покойный блистал своими доблестями. <…> По моему мнению, ты, Красс, и счастливый в жизни, и вовремя застигнутый смертью…»<br><br>Тацит: «Не видел Агрикола осаждённой курии и запертого вооружённой силой сената, не видел одновременного избиения стольких людей консульского звания, ссылки и бегства стольких знатнейших женщин. <…> Счастлив ты, Агрикола, не только славой своей жизни, но и тем, что умер ты вовремя».}}
Поскольку римская историография во времена Тацита находилась в кризисе ([[#Римская историография|см. выше]]), у него не было современников, которые могли бы служить для него ориентиром. В наибольшей степени на Тацита повлиял историк I века до н. э. [[Гай Саллюстий Крисп]], известный своим скептицизмом в отношении современности, морализаторством и специфической речью, изобиловавшей архаизмами и редкими грамматическими конструкциями. Особенно сильно его влияние на Тацита проявляется как раз в области стиля<ref>Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — P. 46{{ref|en}}</ref><ref name=ivl.448>''Гаспаров М. Л.'' Греческая и римская литература I в. до н. э. // История всемирной литературы: В девяти томах. — Т. 1. — {{М.}}: Наука, 1983. — С. 448.</ref><ref name=tronski.tac.213>{{Tronski.tac}} 213</ref>. Автор «Анналов» высоко ценил Саллюстия и, рассказывая о смерти приёмного сына Криспа, назвал его «прославленным историком»<ref>(Tac. Ann. III, 30) Тацит. Анналы. III, 30</ref>. Через Саллюстия к Тациту может быть прослежена линия историков, отличавшихся спокойным стилем изложения и глубоким анализом политических событий. Начавшись от [[Фукидид]]а в Древней Греции, посредством [[Полибий|Полибия]] и [[Посидоний|Посидония]] этот вид историографии попал в Рим, где был развит Саллюстием и воспринят Тацитом<ref name=tronski.tac.226>{{Tronski.tac}} 226</ref><ref name=mfa.1224>{{Albrecht.2}} 1224</ref>.

В меньшей степени историк ориентировался на [[Марк Туллий Цицерон|Марка Туллия Цицерона]] и [[Тит Ливий|Тита Ливия]]<ref name=tronski.tac.213 /><ref>{{Pauly-Wissowa|Borzsak I|P. Cornelius Tacitus|S XI|485}}</ref>; обнаруживается и влияние [[Вергилий|Вергилия]]<ref>''Baxter R. T. S.'' Virgil’s Influence on Tacitus in Books 1 and 2 of the Annals // Classical Philology. — Vol. 67, No. 4 (Oct., 1972). — P. 246</ref><ref>''Baxter R. T. S.'' Virgil’s Influence on Tacitus in Book 3 of the Histories // Classical Philology. — Vol. 66, No. 2 (Apr., 1971). — P. 93-107</ref>. При этом влияние Цицерона наиболее заметно в «Диалоге об ораторах»<ref name=sob.248et249>{{SobTac}} 248—249</ref>, а Ливия — в «Анналах» и «Истории»<ref name=woodman.xx>''Woodman A. J.'' Tacitus and the ''Annals'' // Tacitus. The Annals. — Indianapolis: Hackett Publishing, 2004. — P. XX</ref>. Однако влияние предшественников не ограничивалось тем, что Тацит следовал их стилю и принципам написания произведений; в его сочинениях найдено несколько переработанных, но узнаваемых фрагментов их сочинений (см. справа)<ref name=sob.252>{{SobTac}} 252</ref><ref name=tronski.tac.213 />. Известны и другие подобные примеры. Так, речь [[Калгак]]а в «Агриколе» Тацита напоминает речь [[Луций Сергий Катилина|Луция Катилины]] в «[[О заговоре Катилины|Заговоре Катилины]]» Саллюстия, а описание одной из битв в «Агриколе» схоже с изображением [[Битва при Цирте|битвы при Цирте]] в «[[Югуртинская война (Саллюстий)|Югуртинской войне]]»<ref name=sob.252 />. Вероятно, параллелей можно было бы обнаружить ещё больше, если бы сохранилась «История», главное произведение Саллюстия.

=== Обзор ===
Несмотря на очевидные влияния со стороны предшественников, латинский язык Тацита очень самобытен<ref name=woodman.xxi />. Манера его речи, зачастую продуманная для нарочного усложнения восприятия, контрастировала со стилем сочинений большинства современников<ref name=woodman.xxi />. Из-за этого Тацит считается очень сложным для чтения автором<ref name=woodman.xxi />.

Сочинения Тацита написаны с использованием различной стилистики. «Агрикола» представляет собой в стилистическом отношении ещё достаточно сырое произведение, с рядом недоработок и неясностей<ref name=chcl.ll.644 />. «Германия» написана в стиле, который называется филологами научным<ref name=irl.254>{{SobTac}} 254</ref>, но с чертами «нового стиля» (о «новом стиле» [[#Новый стиль|см. выше]])<ref name=tronski.tac.217>{{Tronski.tac}} 217</ref>. Тем не менее уже в этом произведении историк красочно (но не всегда точно) описывает военные действия<ref name=irl.250>{{SobTac}} 250</ref>, а также применяет характерные для «нового стиля» конструкции — [[Антитеза|антитезы]], параллелизмы, краткие предложения, отточенные сентенции и другие<ref name=tronski.tac.217 />. Особняком от других работ историка в стилистическом отношении стоит «Диалог об ораторах». Из-за сильного контраста с другими сочинениями филологи нередко предполагали, что автором произведения является не Тацит. В настоящее время стилистические отличия списываются на совершенно иной жанр произведения, а благодаря способности писать в различной манере Тацит признаётся мастером латинской прозы (подробнее [[#Подлинность Диалога|см. ниже]]). Две главные работы историка, «История» и «Анналы», написаны в стиле, который наиболее близок к сочинениям Саллюстия<ref name=woodman.xx />. Ориентация на стиль Саллюстия была вызвана схожими причинами, которые побудили его заняться историей — Тацит, как и Саллюстий, разочаровался в политической системе своего времени<ref name=woodman.xx />. Более сильные переживания по сравнению с предшественником заставили его занять ещё более пессимистическую позицию, и поэтому, по мнению [[Гаспаров, Михаил Леонович|М. Л. Гаспарова]], произведения Тацита стилизованы под трагедию<ref>''Гаспаров М. Л.'' Избранные труды в трёх томах. Т. 1. — {{М.}}: Языки русской культуры, 1997. — С. 529</ref>.

=== Особенности языка ===
Хотя стиль исторических сочинений Тацита больше всего похож на произведения Гая Саллюстия Криспа ([[#Влияние предшественников|см. выше]]), он не является радикальным приверженцем искусственной архаизации речи. Однако благодаря [[Марк Порций Катон Старший|Катону Старшему]] и Саллюстию архаизмы применялись нередко во всей римской историографии<ref name=oak.196>''Oakley S. P.'' Style and language // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 196</ref>. Поэтому Тацит, следуя традиции и идеализируя прошлое, нередко применяет архаизмы. Впрочем, он находился и под сильным влиянием современной литературной моды: немало лексики, которая используется историком, встречается только у писателей «серебряного века» латинской литературы<ref name=irl.283 />.

Наиболее чётко все черты специфического языка Тацита прослеживаются в «Анналах»<ref name=irl.285>{{SobTac}} 285</ref>. Эволюция его стиля отразилась и на выборе им лексики. Так, в последних книгах «Анналов» крайне редко встречаются слова, использовавшиеся в более ранних сочинениях для обозначения добрых намерений и положительных качеств людей — ''pietas'' (благочестие, справедливость), ''providentia'' (предвидение, предусмотрительность, заботливость), ''felicitas'' (честность, плодородие)<ref name=mfa.1221>{{Albrecht.2}} 1221</ref>. Описывая мрачные времена Тиберия и Нерона, Тацит ни разу не прибегает к словам ''humanitas'' (человеколюбие; человеческое достоинство), ''integritas'' (безупречность, правильность, честность) и некоторым другим<ref name=mfa.1221 />. Во всех своих произведениях он старается избегать просторечных, общепринятых и технических слов и заменять их более редкими аналогами: например, вместо ''virgines Vestales'' (девы-[[весталки]]) он пишет ''virgines Vestae'' (девы [[Веста|Весты]]); вместо ''Campus Martius'' ([[Марсово поле (Рим)|Марсово поле]]) — ''Campus Martis'' (поле [[Марс (мифология)|Марса]]); вместо того, чтобы сказать «с помощью лопат и кирок» он пишет «посредством чего выносится земля и вырезается дёрн»<ref name=woodman.xx /><ref name=irl.283 />. Иногда Тацит прибегает к помощи не слишком распространённых выражений: например, в обычных сочетаниях ''senatus consultum'' (решение сената) и ''senatus decretum'' (указ сената) он иногда ставит слова в обратном порядке, употребляет ''decretum patrum'' (указ отцов)<ref name=woodman.xxi>''Woodman A. J.'' Tacitus and the ''Annals'' // Tacitus. The Annals. — Indianapolis: Hackett Publishing, 2004. — P. XXI</ref>. Тацит нередко применяет поэтизмы (слова, которые обычно используются в определённом значении в поэзии): ''regnator'' (вместо ''rex'' — царь), ''sinister''<ref group="коммент.">Основное значение слова ''sinister'' — левый; у Тацита используется в значении «враждебный» и «неблагоприятный».</ref>, ''cura'', ''scriptura''<ref group="коммент.">Основное значение слова ''cura'' — забота, попечение, старание, усилие; ''scriptura'' — надпись, запись; у Тацита оба слова используются в значении «книга».</ref>, ''fabula'' и другие<ref name=irl.283>{{SobTac}} 283</ref>.

Среди наиболее часто используемых архаизаций языка в «Анналах» — более частое употребление глагола ''reor'' вместо обычного ''puto'' (оба слова — синонимы, и обозначают «я думаю», «я полагаю», «я считаю»)<ref name=woodman.xxi />. Другие частые устаревшие слова — ''claritudo'' вместо ''claritas'' (слава, почёт, знатность), ''luxus'' вместо ''luxuria'' (роскошь), ''maestitia'' вместо ''maeror'' (уныние, грусть, печаль), ''servitium'' вместо ''servitus'' (рабство, неволя)<ref name=woodman.xxii>''Woodman A. J.'' The translation // Tacitus. The Annals. — Indianapolis: Hackett Publishing, 2004. — P. XXII</ref>. Вместо обычного ''senatores'' (сенаторы) историк часто употребляет ''patres'' (отцы)<ref name=woodman.xxii />. Кроме того, Тацит использует множество различных слов для изображения убийств, смертей и самоубийств<ref name=woodman.xxii />. Немало устаревших слов, используемых Тацитом, встречается и в работах историков-предшественников (в частности, ''torpedo''<ref group="коммент.">В классическом латинском языке ''torpedo'' — угорь, электрический скат.</ref> вместо ''torpor'' — бездействие; оцепенение, окоченение)<ref name=oak.196 />.

Избегает Тацит и греческих слов. Вместо того, чтобы назвать слово «[[Сотер|σωτήρ]]» (''сотер'' — спаситель, хранитель), он пишет «''он усвоил себе название спасителя, выраженное греческим словом этого значения''» ({{lang-la|conservatoris sibi nomen Graeco eius rei vocabulo adsumpsit}})<ref name=irl.283 />. Схожим образом он заменяет пространным латинским объяснением греческие слова «[[цикута]]» и «[[евнух]]»<ref name=irl.283 />.
{{Врезка
|Заголовок = Пример использования Тацитом различных грамматических конструкций для однотипных построений (История. II, 87)
|Ширина = 250px
|Выравнивание = right
|Содержание = «Onerabant multitudinem obvii ex urbe senatores equitesque, quidam metu, multi per adulationem, ceteri ac paulatim omnes ne aliis proficiscentibus ipsi remanerent».<br><br>«Прибавляли обременение к этой толпе выходившие навстречу из Рима сенаторы и всадники, некоторые из страха, многие вследствие раболепства, а остальные и, мало-помалу, все для того, чтобы не оставаться дома, когда идут другие» (пер. С. И. Соболевского; использованы различные грамматические конструкции).<br><br>«Толпа эта ещё увеличивалась за счёт сенаторов и всадников, которые выехали из столицы навстречу принцепсу, одни — движимые страхом, другие — подобострастием, остальные, число которых понемногу росло, — боязнью отстать от других» (пер. А. С. Бобовича; упомянутая особенность стиля Тацита утеряна).}}
Историк избегает периодического строя речи, который был призван делать её более приятной и доступной для восприятия на слух<ref name=irl.284>{{SobTac}} 284</ref>. Вместо длинных периодов часто используются короткие — краткие предложения, не связанные друг с другом союзами и оборотами. Впрочем, в «Диалоге» Тацит следует за Цицероном и использует длинные периоды<ref name=irl.285 />. Нередко Тацит применяет разнообразные грамматические конструкции в одном предложении для однотипных построений (например, для перечисления целей поступков в одной фразе он может использовать как [[герундий]], так и придаточные предложения; см. справа)<ref name=irl.284 />. Нередко он прибегает к [[ассонанс]]ам и [[аллитерация]]м: ''cons'''urgere''' et… '''urgere''''', '''''pisc'''ina… a'''pisc'''endo'', ''ext'''rema Arme'''nia'' и другие. Иногда они теряются в переводе: например, в книге I «Анналов» встречается словосочетание ''ador'''nav'''it '''nav'''es''; в переводе [[Бобович, Ананий Самуилович|А. С. Бобовича]] — ''оснастил корабли'' (созвучие утеряно), но в переводе Энтони Джона Вудмэна на английский язык — ''equ'''ip'''ped sh'''ip'''s''. В книге XII «Анналов» — ''tes'''tamen'''tum '''tamen''' haud recitatum'', в упомянутом переводе на русский язык — ''Завещание его, однако, оглашено не было'' (созвучие утеряно), в переводе Э. Дж. Вудмэна на английский — ''Yet his w'''ill''' was st'''ill''' not read out''<ref name=woodman.xxivetxxv>Woodman A. J. ''The translation'' // Tacitus. The Annals. — Indianapolis: Hackett Publishing, 2004. — P. XXIV—XXV</ref>. Таким образом, нередко переводы на современные языки теряют особенности языка оригинала.

В «Анналах» присутствуют и отступления Тацита от классической грамматики латинского языка. В частности, он использует родительный падеж для выражения отношения либо области для обозначения свойства прилагательного<ref name=irl.285 />. Тацит очень активно использует метафоры<ref name=oak.197>''Oakley S. P.'' Style and language // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 197</ref>. В ряде случаев из-за активного использования метафор его речь становится двусмысленной. Например, в «Агриколе» [[Калгак]], вождь [[Каледонцы|каледонцев]], в своей речи обвиняет римлян в разбое и завоевании земель ради удовлетворения растущих потребностей. Однако ряд выражений в этой речи многозначен и имеет сексуальный подтекст, и потому римляне могут быть представлены как насильники<ref name=oak.197 /><ref group="коммент.">Стивен Оукли (с. 197) поясняет: «''В наиболее очевидном понимании римляне предстают как разбойники с большой дороги, люди, чьи безграничные желания опустошают мир; однако некоторые термины могут быть использованы в эротическом контексте: римляне насилуют весь мир''». Оригинал: «''In the most obvious reading of the passage the Romans are viewed as violent highwaymen (''raptores'', ''auferre'', ''rapere''), men whose unbridled appetites (''satiaverit'', ''pari adfectu'', ''concupiscunt'') empty the world (''defuere'', ''solitudinem''); but ''raptor'', ''consupisco'' and ''satio'' may be used also in erotic contexts: the Romans rape the world''».</ref>. Кроме того, историк часто прибегает к использованию [[Анафора|анафор]] и [[Зевгма|зевгм]]<ref name=irl.284 />.

=== Особенности изложения ===
Особенности стиля Тацита не ограничиваются специфическим языком; историк придерживался определённых правил компоновки материала. Он в целом придерживался римской традиции анналистического изложения событий по годам, с началом описания событий каждого года называнием [[Консул (Древний Рим)|консулов]]<ref group="коммент.">Долгое время в Древнем Риме годы в Риме обозначали по именам двух консулов — например, «консульство [[Гай Юлий Цезарь|Гая Юлия Цезаря]] и [[Марк Кальпурний Бибул|Марка Кальпурния Бибула]]» (59 год до н. э.). Известная эпоха «от основания Рима» ([[753 год до н. э.]]) была предложена лишь в I веке до н. э. [[Марк Теренций Варрон|Марком Теренцием Варроном]]. Тацит продолжает традиции [[Анналисты|анналистов]], хотя консулы больше не обладали реальной властью.</ref><ref name=mfa.1211>{{Albrecht.2}} 1211</ref>. В силу бо́льшей подробности (события [[Год четырёх императоров|года четырёх императоров]] описываются в нескольких книгах) «История» следует этому принципу лишь частично<ref name=mfa.1211 />. Предполагается, что упорное следование анналистической традиции было призвано подчеркнуть противопоставление республиканской и монархической эпох<ref name=mfa.1213 />. Внутри каждого года Тацит не следует строгой хронологии, а излагает события в определённом порядке: внутренние дела — внешняя политика — возвращение к внутренней политике (эта схема активно применяется Ливием)<ref name=mfa.1213 />. Кроме того, некоторые исследователи предполагают, что его книги были сгруппированы группами по шесть (так называемые гекса́ды — «шестикнижия»). Эти группы, вероятно, выдерживались в одном духе и посвящались раскрытию одной глобальной темы; например, в первой гексаде «Анналов» Тацит последовательно выявляет характер Тиберия<ref name=mfa.1210>{{Albrecht.2}} 1210</ref>.

Желая раскрыть истинную подоплёку событий, Тацит столкнулся с отсутствием источников о ситуации при дворе императора<ref name=ivl.484 />. Он был вынужден судить о ней по двум в равной степени недостоверным источникам — слухам и официальным сообщениям<ref name=breisach.66 />. Поэтому он старался тщательно сопоставлять имеющиеся в его распоряжении сведения ([[#Источники|см. выше]]), чтобы раскрыть истинную картину дел. А для того, чтобы донести свою мысль до читателя и слушателя, даже не располагая надёжными источниками, Тацит прибегал к приёму группировки фактов. Благодаря расположению общих картин и частных эпизодов в соответствии с канонами ораторского мастерства достигался особый драматизм изложения<ref name=ivl.484 />. Драматизация изложения достигается и определённой последовательностью расположения эпизодов: например, некоторые события года четырёх императоров в Риме воспринимаются как фарс, поскольку перед этим Тацит сообщает об изменениях в настроении легионов в Германии и на Востоке, которые в конце концов решат судьбу Рима<ref name=mfa.1213>{{Albrecht.2}} 1213</ref>. Произведения Тацита отличаются также психологизмом — историк стремится раскрыть переживания отдельных людей и групп с помощью приёма мотивировки фактов<ref name=ivl.484 />. Он прибегает к тщательному подбору речей и писем персонажей для лучшего раскрытия их целей и особенностей характера<ref name=mfa.1216>{{Albrecht.2}} 1216</ref>. Нередко Тацит строит повествование вокруг противостояния двух людей — [[Германик]]а и Тиберия, Гальбы и Отона<ref name=mfa.1214>{{Albrecht.2}} 1214</ref>. При этом он стремится избежать описания действительности в чёрно-белых тонах<ref name=mfa.1215>{{Albrecht.2}} 1215</ref>.

Как правило, в своих работах Тацит избегает называть точные цифры. Вероятно, это делалось для того, чтобы не перегружать читателей и слушателей лишней информацией<ref name=irl.282 />. Нежелание называть точные числа приводит к тому, что историк иногда говорит обо всех людях ({{lang-la|omnes}}), когда известно, что на самом деле их было двое; порой слова «часто» ({{lang-la|saepe}}) или «всегда» ({{lang-la|semper}}) используются для обозначения двукратного действия<ref name=irl.282>{{SobTac}} 282</ref>. При этом Тит Ливий и некоторые другие более ранние римские историки, наоборот, стремились записать как можно более точное (пусть и не всегда достоверное) количество убитых противников, объём добычи в пересчёте на серебро и золото. Впрочем, Саллюстий, на которого ориентировался Тацит, был одним из первых римских историков, кто стремился по возможности избегать точных цифр<ref name=irl.282 />. Кроме того, в прозаических жанрах римской литературы I века не было принято активно применять военные термины и географические названия в описаниях войн<ref name=ivl.309>''Гаспаров М. Л.'' Литература европейской античности. Введение. // История всемирной литературы. В девяти томах. Т. 1. — {{М.}}: Наука, 1983. — С. 309</ref>. Тацит разделял это убеждение: в «Агриколе» упомянуто лишь одиннадцать географических названий, хотя основная часть произведения посвящена военным кампаниям Агриколы на Британских островах<ref name=grant.72 />. Впрочем, существует и альтернативная точка зрения на причины этого феномена: большинство римских историков (Саллюстий, Ливий, Тацит) могли попросту не знать особенностей географии большей части описываемых регионов<ref name=grant.72>{{GrantGRH}} 72</ref>. Что касается описания сражений и военных кампаний, то историк допустил в них немало ошибок<ref name=grant.75>{{GrantGRH}} 75</ref>. Нередко он использовал фрагменты описаний одних битв при изображении других сражений<ref name=grant.75 />. Он редко прибегает к описанию топографии местности и тактики сторон<ref name=grant.72 /><ref name=grant.75 />.

== Взгляды Тацита ==

=== Политические взгляды ===
[[Файл:Wien- Parlament-Tacitus.jpg|мини|250px|Статуя Тацита перед [[Здание парламента (Вена)|зданием Парламента Австрии]] в [[Вена|Вене]]]]
Хотя Тацит описывает преимущественно политическую историю Рима, уже в XVI веке обратили внимание на неоднозначность его собственных воззрений<ref name=companion2.504>''Kapust D.'' Tacitus and Political Thought // A Companion to Tacitus. Ed. by V. E. Pagán. — Wiley—Blackwell, 2012. — P. 504</ref>. Обычно внимание акцентируется на его скептическом отношении к римским императорам и к системе принципата в целом<ref name=companion2.505>''Kapust D.'' Tacitus and Political Thought // A Companion to Tacitus. Ed. by V. E. Pagán. — Wiley—Blackwell, 2012. — P. 505</ref><ref name=syme.547>Syme R. ''Tacitus. Vol. 1''. — {{Oxf.}}, 1958. — P. 547.</ref>. В своих сочинениях Тацит характеризует императоров с отрицательной стороны, и только про [[Веспасиан]]а он говорит, что тот за годы своего правления изменился к лучшему<ref name=irl.264>{{SobTac}} 264</ref>. Даже [[Октавиан Август]], который завершил многолетние гражданские войны и на которого старались равняться последующие императоры, удостоился более чем сдержанной оценки историка<ref name=irl.264 />. С. И. Соболевский, впрочем, предполагает, что Тацит не был до конца откровенен, когда выражал своё мнение на политическую тематику: он никогда не высказывал своего неприятия монархии или отдельных монархов открыто<ref name=irl.263>{{SobTac}} 263</ref>. Вероятно, это было связано с опасениями за свою жизнь и с желанием продолжить написание своих сочинений без давления — он был прекрасно знаком с попытками воздействия на историков, с цензурой их произведений и даже убийством самых неугодных ([[#Цензура|см. выше]]). Впрочем, реконструкцию политических взглядов Тацита осложняет то обстоятельство, что он не предлагает никакой политической программы<ref name=irl.266 /> и обычно развивает лишь идею умеренности ({{lang-la|moderatio}})<ref name=verzb.polit.346>''Вержбицкий К. В.'' Политические взгляды Тацита // История. Мир прошлого в современном освещении. Сборник научных статей к 75-летию со дня рождения профессора Э. Д. Фролова. — {{СПб.}}: СПбГУ, 2008. — С. 346</ref>. Поэтому немало учёных полагают, что он относился не к радикальным противникам принципата, а лишь прагматично считал, что государство должно находиться под управлением достойного императора, поскольку монархия виделась ему неизбежной<ref name=companion2.505 /><ref name=syme.547 /><ref name=ver.38>''Вержбицкий К. В.'' Образ Тиберия в «Анналах» Тацита и проблема его достоверности // Университетский историк. — Вып. 1. — {{СПб.}}: СПбГУ, 2002. — С. 38.</ref><ref name=verzb.polit.339>''Вержбицкий К. В.'' Политические взгляды Тацита // История. Мир прошлого в современном освещении. Сборник научных статей к 75-летию со дня рождения профессора Э. Д. Фролова. — {{СПб.}}: СПбГУ, 2008. — С. 339</ref>. По словам [[Моммзен, Теодор|Теодора Моммзена]], Тацит был монархистом, «''но по необходимости, — можно сказать, из отчаяния''»<ref name=irl.269>{{SobTac}} 269</ref>. В любом случае, римский историк отстаивает необходимость существования стабильной власти и дисциплинированных граждан<ref name=fitzs.489>Fitzsimons M. A. ''The Mind of Tacitus'' // The Review of Politics, Vol. 38, No. 4 (Oct., 1976). — P. 489</ref>.

В первый век существования Римской империи сенат был центром оппозиции императорам. Многие сенаторы с сожалением вспоминали о республиканской эпохе, когда им принадлежала реальная власть. Однако Тацит скептически оценивал перспективы сената вернуть себе прежние полномочия и придерживался невысокого мнения о самих сенаторах<ref name=irl.264 />. Историк критикует их за раболепство перед императорами и винит в том, что из-за их попыток угодить правителям роль сената со временем лишь уменьшалась<ref name=irl.264 />. В равной степени он клеймит лакейство и «старых», и [[homo novus|«новых» сенаторов]]<ref group="коммент.">Под «старыми сенаторами» понимаются те, чьи предки сами заседали в сенате, под «новыми» — те, кто возвысился уже при императорах.</ref>. Однако к нравственному облику представителей древних знатных родов он предъявляет более высокие требования<ref name=irl.267>{{SobTac}} 267</ref>. Так, историк осуждает [[Ливилла|Ливию Юлию]] за её связь с Сеяном из-за того, что он был выходцем из муниципия<ref name=irl.267 /><ref>(Tac. Ann. IV, 3) Тацит. Анналы. IV, 3</ref>, а [[Юлия Друза]], по его мнению, достойна порицания из-за свадьбы с незнатным [[консуляр]]ом Гаем Рубеллием Бландом<ref name=irl.267 /><ref>(Tac. Ann. IV, 3) Тацит. Анналы. VI, 27</ref>.

В целом негативно Тацит характеризует простых римлян. Его описания, как правило, касаются городских низов — пролетариев. Большинство из них составляли выходцы из провинций, почти не знакомые с римской культурой и слабо владевшие латинским языком, но своим количеством оказывавшие влияние на императоров<ref name=irl.265>{{SobTac}} 265</ref>. Историк изображает простой народ непоследовательным, трусливым, жаждущим переворотов, [[хлеба и зрелищ]]<ref name=irl.265 />. Поэтому Тацит считает его непригодным для участия в политической жизни<ref name=irl.265 /><ref name=verzb.polit.341>''Вержбицкий К. В.'' Политические взгляды Тацита // История. Мир прошлого в современном освещении. Сборник научных статей к 75-летию со дня рождения профессора Э. Д. Фролова. — {{СПб.}}: СПбГУ, 2008. — С. 341</ref>. Кроме того, он отрицательно относится к возможности участия армии в политике: по его мнению, легионеров необходимо загружать работой, чтобы они и не думали о мятежах<ref name=verzb.polit.341 />.

Вопреки неудовлетворённости монархией и монархами, Тацит не был убеждённым сторонником республики. Хотя он нигде не высказывается прямо о своём отношении к республиканской эпохе, характеристики этого времени почти всегда негативные<ref name=irl.265 />. Тем не менее ему были близки представления о добродетели, доминировавшие в Ранней республике<ref name=mfa.1228>{{Albrecht.2}} 1228</ref>. Поэтому Тацит, по-видимому, считал наилучшей из возможных форм политической организации Римскую республику в первые десятилетия своего существования (примерно до принятия [[Законы Двенадцати таблиц|Законов Двенадцати таблиц]])<ref name=irl.268>{{SobTac}} 268</ref>. Кроме того, историк обычно оценивает современность, сравнивая её с республиканским образцом<ref name=fitzs.492>''Fitzsimons M. A.'' The Mind of Tacitus // The Review of Politics, Vol. 38, No. 4 (Oct., 1976). — P. 492</ref>.

Критике Тацита подверглась и известная теория смешанного государственного устройства, распространённая историком [[Полибий|Полибием]]. Согласно этой теории, военные успехи Римской республики и её преимущества перед греческими полисами базировались на сочетании в Риме трёх форм правления — демократии, аристократии и монархии. Тацит же считает эту теорию оторванной от действительности; по его словам, смешанную форму правления «''легче хвалить, чем осуществить на деле, а если она и бывает осуществлена, то не бывает долговечной''»<ref name=irl.266>{{SobTac}} 266</ref>.

=== Исторические взгляды ===
<blockquote>«''…я намерен, в немногих словах рассказав о событиях под конец жизни Августа, повести в дальнейшем рассказ о принципате Тиберия и его преемников, без гнева и пристрастия, причины которых от меня далеки''»<ref>(Tac. Ann. I, 1) Тацит. Анналы. I, 1; пер. А. С. Бобовича</ref>.</blockquote>

Историческим кредо Тацита обычно считаются его слова, сказанные в начале книги I «Анналов»: «[[без гнева и пристрастия]]» ({{lang-la|sine ira et studio}}). Автор выступает как сторонний наблюдатель, а своё отношение он старается выражать косвенно, с помощью риторических приёмов ([[#Особенности изложения|см. выше]]). Известен он и стремлением установить причины событий<ref name=sob.271 />. Благодаря этому Тацит снискал популярность непредвзятого исследователя истории. Однако в XVIII—XIX веках его объективность была поставлена под сомнение ([[#Научное изучение сочинений|см. ниже]]). Особенно активно критиковалось изображение им Тиберия.

Историк отстаивал необходимость придания истории большей роли в обществе. В его время основным инструментом, которым руководствовались образованные люди в государственной деятельности, были прескриптивные философские учения, а не анализ прошлого и извлечение полезных рекомендаций. Учение [[Стоицизм|стоиков]] предписывало римлянам действовать на благо государства и игнорировать придворные интриги, что критиковалось Тацитом за невозможность оказать влияние на ситуацию. Поэтому он отстаивал идею о необходимости глубокого понимания прошлого, чтобы решать проблемы настоящего<ref name=kn.159>{{Knabe.tac}} 159</ref>. Как и многие другие античные историки, он рассматривал историю как один из способов воздействия на нравы читателей и слушателей<ref name=kr.119>''[[Кроче Б.]]'' Теория и история историографии. — {{М.}}: Языки русской культуры, 1998. — С. 119</ref>. Вследствие этого убеждения он и собирал образцы выдающейся добродетели и выдающегося порока<ref name=kr.119 />.

Для Тацита характерна высокая оценка роли личности в истории<ref name=sob.271>{{SobTac}} 271</ref>. По Тациту, именно изменение морального облика людей привело к противоречивой политической ситуации в I веке. Он полагает, что каждый человек наделён уникальным характером от рождения, который может или проявляться в полном объёме, или намеренно скрываться<ref name=grant.re.37>''Грант М.'' Римские императоры. — {{М.}}: Терра—Книжный клуб, 1998. — С. 37</ref>. Так, Тацит считает, что все добрые начинания Тиберия были лишь лицемерной ширмой, призванной скрыть его пороки<ref name=grant.re.37 />. Большую роль в представлениях Тацита об истории играет особое понимание ''virtus'' — набора положительных качеств, свойственных римлянам давних времён, но утерянных современниками историка. По его мнению, в I веке и императоры, и непримиримая им оппозиция в равной степени отреклись от традиционных римских доблестей<ref name=kn.160>{{Knabe.tac}} 160</ref>. Впрочем, он стремится проводить анализ не только психологический, но и социологический<ref name=sob.272>{{SobTac}} 272</ref>.

В работах Тацита встречается терминология, использование которой трактуется некоторыми исследователями как свидетельство циклического понимания истории (прежде всего, ''saeculum'')<ref name=jdav.176>''Davies J.'' Religion in historiography // The Cambridge Companion to the Roman Historians. — Cambridge: [[Cambridge University Press]], 2009. — P. 176</ref>. Дискуссионным остаётся вопрос о влиянии традиционной римской религии на историка, его представлениях о роли богов и судьбы в истории ([[#Религиозные взгляды|см. ниже]]).

=== Отношение к другим народам ===
Сочинения Тацита содержат немало экскурсов в географию, историю и этнографию других народов. Его интерес к ним вызван не только стремлением рассказать о событиях в разных частях империи, которые оказывали влияние на события в столице; историк следует традиции, заложенной ещё греками, при которой описание других народов помогает познать культурные особенности своей этнической группы. По традиционному античному представлению, другие народы воспринимаются им как варвары, которым противопоставляется цивилизованный народ — римляне<ref name=afeld.315>''Feldherr A.'' Barbarians II: Tacitus’ Jews // The Cambridge Companion to the Roman Historians. — Cambridge: [[Cambridge University Press]], 2009. — P. 315</ref>. Кроме того, Тацит прибегает к описанию культуры и истории других народов, когда по каким-то причинам не желает прямо говорить о тех же самых феноменах применительно к Риму и римлянам (в частности, [[#Цензура|из-за цензуры]])<ref name=afeld.315 />.

Тацит много и часто критикует римлян за упадок морали в обществе, и он столь же строг в оценках других народов. В целом отрицательно он относится к цивилизованным народам Средиземноморья — народам Римской империи и её соседям: по его мнению, арабы и армяне вероломны, греки ненадёжны, раболепны и чванливы, евреи полны предрассудков, парфяне хвастливы и высокомерны<ref name=mfa.1227 />. При этом прохладное отношение историка к евреям основывается не столько на неприятии самих иудейских обычаев, сколько на [[прозелитизм]]е, массовом обращении в иудаизм<ref>''Грушевой А. Г.'' Иудеи и иудаизм в истории Римской республики и Римской империи. — {{СПб.}}: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2008. — С. 194; С. 226; С. 230—231</ref>. Поэтому, по словам А. Г. Грушевого, взгляды Тацита «''не имеют ничего общего с антисемитизмом''»<ref>''Грушевой А. Г.'' Иудеи и иудаизм в истории Римской республики и Римской империи. — {{СПб.}}: [[Факультет филологии и искусств СПбГУ]], 2008. — С. 230</ref>. [[Цви Явец]] предполагает, что Тацит мог уравновесить свою оценку евреев каким-нибудь положительным комментарием, но намеренно не сделал этого<ref name=zviyav.90>''Yavetz Z.'' Latin Authors on Jews and Dacians // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 47, H. 1 (1st Qtr., 1998). — P. 90</ref>. Израильский историк также предполагает, что Тацит мог целенаправленно создавать отрицательный образ евреев для обоснования политической экспансии Рима в Восточном Средиземноморье<ref name=zviyav.92et94>''Yavetz Z.'' Latin Authors on Jews and Dacians // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 47, H. 1 (1st Qtr., 1998). — P. 92; P. 94</ref><ref group="коммент.">Цитата: «''Тацит предполагал, что его явно осуждающего описания было достаточно, чтобы настроить читателей против евреев''» (с. 92); «''Для того, чтобы оправдать полное разрушение храма, евреи должны были предстать как народ презренный с самого происхождения, и Тацит выполнил задачу блестяще''» (с. 94). Оригинал: «''Tacitus assumed that his explicitly deprecating description was enough to turn his readers against the Jews (pulsis cultoribus — obtinuere terras)''» (P. 92); «''In order to justify the total destruction of the temple, the Jews must appear as a despicable people from their very origins, and Tacitus fulfilled his task brilliantly''» (P. 94).</ref>. Другие учёные видят в описании евреев проявление античной традиции познания своего народа (то есть римлян) через описание варваров<ref name=afeld.315 />.

Вместе с тем, историк демонстрирует двойственное отношение к варварским народам Европы — обитателям Британских островов и Германии. Сообщая о пристрастии германцев ко сну и выпивке, тем не менее Тацит приписывает им обладание той доблестью (''virtus''), которую вследствие изнеженного образа жизни теряют римляне<ref name=mfa.1227 />. Их положительные качества Тацит не ограничивает доблестью; достоинства германцев относятся ко многим сферам жизни, но особенно привлекают историка особенности семейной жизни северных соседей Рима<ref name=cv.412 />. Как правило, их положительные качества выражаются косвенно, через указание на то, что им несвойственны многие пороки римлян: «''женщины не знают соблазнов зрелищ и пиров''», «''никто не осмеивает порок и не называет его модой''»<ref>''Дуров В. С.'' Художественная историография Древнего Рима. — {{СПб.}}: [[СПбГУ]], 1993. — С. 98</ref>.

Высокая оценка нравов живущих по первобытным традициям варваров и противопоставление им изнеженных и развращённых цивилизованных народов — характерные идеи для многих римских авторов-моралистов<ref name=cv.412>''Чистякова Н. А., Вулих Н. В.'' История античной литературы. — {{Л.}}: [[ЛГУ]], 1963. — С. 412.</ref>. У Тацита германцы ещё и романтически сближаются с римлянами первых лет Республики<ref name=mfa.1228 />.

Немало литературы посвящено изучению вопроса о том, опасался ли Тацит германцев, видел ли он в них угрозу Риму. Хотя некоторые учёные склонны признавать опасения Тацита<ref name=mfa.1227 />, этот вопрос продолжает оставаться нерешённым<ref>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // [[Illinois Classical Studies]]. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 165</ref>. В любом случае, Тацит поддерживал сохранение власти Рима над другими народами. Будучи сенатором, он разделял убеждения о необходимости поддержания строгого порядка в провинциях<ref name=mfa.1227>{{Albrecht.2}} 1227</ref>. По его мнению, наместники провинций должны были быть твёрдыми, хотя прежде всего — справедливыми<ref name=mfa.1227 />.

=== Религиозные взгляды ===
Тацит был прекрасно знаком с римской религиозной теорией и практикой, о чём свидетельствует его членство в коллегии квиндецемвиров (пятнадцати жрецов священнодействий)<ref name=jdav.175>''Davies J.'' Religion in historiography // The Cambridge Companion to the Roman Historians. — Cambridge: [[Cambridge University Press]], 2009. — P. 175</ref>. Вследствие этого он уважительно относился к римским жреческим коллегиям<ref name=jdav.178>''Davies J.'' Religion in historiography // The Cambridge Companion to the Roman Historians. — Cambridge: [[Cambridge University Press]], 2009. — P. 178</ref>. Впрочем, несмотря на очевидное влияние традиционной римской религии на Тацита, оценки степени этого влияния разнятся. В частности, существует гипотеза, что целью «Истории» и «Анналов» Тацита на самом деле было исследование, как в I веке н. э. проявлялись ранее существовавшие предсказания (прежде всего, на материале [[Книги Сивилл|Сивиллиных книг]]) и какова была роль богов в событиях последних лет<ref name=jdav.166>''Davies J.'' Religion in historiography // The Cambridge Companion to the Roman Historians. — Cambridge: [[Cambridge University Press]], 2009. — P. 166</ref>. Михаэль фон Альбрехт, напротив, полагает, что римский историк не находился под сильным влиянием римской религии. По его мнению, Тацит «юридически» относился к ней и считал, что к I веку н. э. она потеряла всякую актуальность<ref name=mfa.1230 />.

В своих сочинениях Тацит уделяет немало внимания описанию знамений и чудес<ref name=mfa.1230>{{Albrecht.2}} 1230</ref>, что, впрочем, является характерной чертой всей античной историографии. Однако распространённые среди простых римлян суеверия он не принимает и стремится дистанцироваться от них<ref name=mfa.1231>{{Albrecht.2}} 1231</ref>. Историк по-разному оценивает влияние богов, судьбы (''fatum'') и астрологических предсказаний в различных ситуациях, но уделяет большое значение влиянию ''fortuna'' (случай, который не поддаётся расчёту)<ref name=mfa.1230 />. Боги иногда вмешиваются в развитие событий, причём обычно Тацит представляет их гневающимися и лишь изредка — милостивыми<ref name=sob.270>{{SobTac}} 270</ref>. В целом в его сочинениях роль богов, судьбы и предопределения скорее невелика, и обычно люди предстают свободными в своих поступках<ref name=mfa.1231 />. Мнение историка по большинству религиозных и философских вопросов исследователи оценивают как неопределённое<ref name=sob.270 />.

== Рукописи и издания ==

=== Рукописи ===
[[Файл:Tacitus-Varusschlacht.jpg|мини|300px|Фрагмент рукописи «Медицейская I»]]
[[Файл:MII.png|мини|300px|Страница из рукописи «Медицейская II»]]

Сочинения Тацита не были известны широкому кругу римлян; лишь в конце III века император [[Марк Клавдий Тацит]], считавший себя потомком историка, приказал всем библиотекам Империи иметь в своих фондах его сочинения. В дальнейшем его знают лишь некоторые позднеантичные интеллектуалы и считанные средневековые хронисты (подробнее [[#Античность и Средневековье|см. ниже]]). Из-за небольшой популярности в Средние века сочинения Тацита сохранились лишь благодаря единичным рукописям.

I—VI книги «Анналов» сохранились в единственной рукописи, известной как «Медицейская I» (M1). Она была написана [[Каролингский минускул|каролингским минускулом]] в середине IX века предположительно в [[Фульдское аббатство|Фульдском монастыре]]<ref name=martin.243>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 243</ref>. Её писали очень аккуратно, хотя при этом перенесли грамматические ошибки из предшествующих манускриптов. Внимательное палеографическое изучение рукописи указывает на то, что исходным текстом послужила грубая копия без пробелов между словами. В манускрипте никак не обозначен разрыв в два года описанных событий между главой 5.5 «Анналов» и уцелевшими отрывками книги VI, нет деления на главы и параграфы (они были сделаны уже в печатных изданиях XVII—XX веков)<ref name=martin.243 />. Через какое-то время после завершения «Медицейская I» оказалась в монастыре [[Корвей]]. Она была доставлена в Рим по просьбе римского папы [[Лев X|Льва X]] (правил с 1513 года), и уже в 1515 году было напечатано первое полное собрание сочинений Тацита ([[#Первые печатные издания|см. ниже]]). В [[Корвей]] манускрипт не вернулся, но вместо него в монастырь был отправлен напечатанный экземпляр<ref name=martin.244>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 244</ref>. В настоящее время рукопись хранится в библиотеке [[Библиотека Лауренциана|Лауренциана]] во [[Флоренция|Флоренции]]<ref name=martin.243 />.

В середине XI века в монастыре [[Монтекассино]] была создана рукопись, известная как «Медицейская II» (M2)<ref name=martin.244 /><ref name=tronski.241>{{Tronski.tac}} 241</ref>. Она включает книги XI—XVI «Анналов» и книги I—V «Истории». Рукопись была написана [[Беневентское письмо|беневентским письмом]] (особой разновидностью рукописного шрифта). В манускрипте была применена сплошная нумерация книг (книги «Истории» I—V были пронумерованы как XVII—XXI). «Медицейская II» была обнаружена гуманистами около 1360 года, с неё сделали копию и переправили во Флоренцию<ref name=companion2.507>''Kapust D.'' Tacitus and Political Thought // A Companion to Tacitus. Ed. by V. E. Pagán. — Wiley—Blackwell, 2012. — P. 507</ref>. Благодаря находке Тацита знал [[Джованни Боккаччо|Боккаччо]]. В переписке между гуманистами [[Браччолини, Поджо|Поджо Браччолини]] и [[Никколи, Никколо|Никколо Никколи]] содержится указание на то, что около 1427 года Никколи каким-то сомнительным способом получил в своё распоряжение этот манускрипт. После смерти де Никколи в 1437 году рукопись попала в [[Библиотека Лауренциана|Лауренциану]]. Из-за того, что «Медицейская II» была написана сложным для прочтения беневентским шрифтом, с неё сделали около 40 рукописных копий, и именно они служили основой для всех изданий вплоть до 1607 года (см. ниже)<ref name=martin.244 />.

Исследователи также нашли указания на то, что могла существовать и третья рукопись «Анналов» и «Истории» Тацита: различное прочтение ряда спорных моментов в «Лейденской рукописи» (L) позволяет сделать вывод об использовании источника, отличного от «Медицейской II». Однако впоследствии разночтения между рукописями L и M2 стали рассматривать как результат работы филологов XV века<ref name=martin.245>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 245</ref>.

«Агрикола» и «Германия» также сохранились благодаря одной-единственной рукописи, хотя ещё в середине XV века, возможно, их было две. В 1425 году [[Браччолини, Поджо|Поджо Браччолини]] в письме к Никколо де Никколи сообщил о находке монахом [[Бад-Херсфельд|Херсфельдского]] монастыря неизвестной рукописи Тацита с «Германией» и «Агриколой». Поджо пытался убедить монаха отправить ему манускрипт, но тот отказался. После этого де Никколи отправил письмо двум кардиналам, которые собирались посетить ряд монастырей во Франции и Германии, с просьбой привезти рукопись<ref name=martin.245 />. Неизвестно, откликнулись ли кардиналы на просьбу, но в 1455 году антиквар [[Дечембрио, Пьер Кандидо|Пьер Кандидо Дечембрио]] видел малые сочинения Тацита в Риме<ref name=martin.246>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 246</ref>.

В 1457—1458 годах Энеа Сильвио Пикколомини (в скором времени он стал папой римским под именем [[Пий II|Пия II]]) использовал рукопись для написания полемического сочинения (подробнее [[#Влияние в Германии|см. ниже]]). Дальнейшая судьба этого манускрипта (условно его называют «{{нп5|Херсфельдский кодекс|Codex Hersfeldensis|de|Codex Hersfeldensis}}»<ref name=ben.166>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 166</ref>) неизвестна. В XV веке было сделано множество рукописных копий «Диалогов» и «Агриколы», на основании которых были напечатаны первые современные издания. Долгое время на основании существования двух разных традиций прочтения отдельных фраз в рукописных копиях XV века и первых печатных изданиях предполагалось, что существовало две исходных рукописи для малых произведений Тацита — «рукопись X» и «рукопись Y». Однако в 1902 году в частной библиотеке в [[Ези]] был обнаружен манускрипт, получивший обозначение «Codex Aesinas» (Рукопись Ези). Вместе с сочинениями Тацита в этой рукописи содержался также перевод «Дневника Троянской войны» [[Диктис Критский|Диктиса Критского]] с древнегреческого на латинский язык, выполненный в IV веке неким Септимием. Манускрипт примечателен тем, что часть «Агриколы» написана почерком XV века, а часть — каролингским минускулом IX века. Кроме того, на полях записано большое количество альтернативных прочтений, в том числе и таких подробных, которые не мог оставить простой переписчик. Предполагается, что переписчик либо имел под рукой два манускрипта с разными прочтениями, либо переписывал текст со всеми [[маргиналии|маргиналиями]]. В почерке же XV века обычно признают руку Стефано Гварнери, основателя библиотеки Ези<ref name=martin.246 />. Из-за находки в Ези гипотеза о существовании двух исходных рукописей для поздних копий Тацита подвергается сомнению<ref name=martin.247>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 247</ref>. Однако неизвестно, является ли находка в Ези той самой рукописью, обнаруженной в Херсфельде около 1425 года и увиденной Дечембрио в 1455 году в Риме.

Во время Второй мировой войны «Рукописью Ези» заинтересовались в [[СС]]. Интерес к одному из самых ранних систематических описаний древних германцев был так велик ([[#Влияние в Германии|см. ниже]]), что «Codex Aesinas» изучал и привёз в Германию лично руководитель отдела «[[Аненербе]]» [[Тилль, Рудольф|Рудольф Тилль]]. В 1943 году он издал фоторепродукцию обоих сочинений Тацита. После этого рукопись на долгое время исчезла и лишь недавно обнаружилась в Риме. В настоящее время ряд исследователей предполагает, что страницы IX века в «Рукописи Ези» — это часть Херсфельдского манускрипта. Существует также мнение, что Херсфельдский манускрипт утрачен безвозвратно, а находка из Ези — часть другого манускрипта, сделанная в то время, когда существовали и другие рукописи<ref name=martin.247 />.

=== Первые печатные издания ===
[[Файл:Lipsius manuscript.jpg|мини|200px|Комментированное издание Тацита [[Липсий, Юст|Юстом Липсием]]. Лион, 1598 г.]]
Первое печатное издание Тацита было выпущено около 1470 года (по другой версии, в 1472—1473 гг.) [[Иоганн и Венделин фон Шпейер|Венделином фон Шпейером (да Спира)]] в Венеции<ref name=martin.242>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 242</ref><ref name=martin.248>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 248</ref><ref name=ben.168>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 168</ref>. Фон Шпейер использовал рукопись «Медицейская II», в которой, в частности, отсутствовали книги I—VI «Анналов». В 1472, 1476 и 1481 годах издание фон Шпейера перепечатывалось в Болонье и Венеции. Около 1475—1477 годов Франциском Путеоланом ({{lang-la|Franciscus Puteolanus}}) в Милане было выпущено второе издание, включавшее также «Агриколу»<ref name=tronski.241 /><ref name=martin.248 /><ref>The Germania of Tacitus. Ed. by R. P. Robinson. — Hildesheim: Georg Olms Verlag, 1991. — P. 327</ref>. Путеолан исправил ряд неточностей в первом издании, но, по-видимому, не использовал другие рукописи, а лишь провёл филологическую работу<ref>The Germania of Tacitus. Ed. by R. P. Robinson. — Hildesheim: Georg Olms Verlag, 1991. — P. 327—328</ref>. В 1497 году Филипп Пинций ({{lang-la|Philippus Pincius}}) выпустил в Венеции новое издание, основанное на тексте Путеолана<ref name=robinson.328>The Germania of Tacitus. Ed. by R. P. Robinson. — Hildesheim: Georg Olms Verlag, 1991. — P. 328</ref>. Около 1473 года [[Кройснер, Фриц|Кройснером]] в Нюрнберге было предпринято издание «Германии» на основе другой рукописи, отличной от тех вариантов, которые издавались в Италии. Годом позже отдельное издание «Германии» было выпущено в Риме, а в 1500 году «Германия» на основании третьей рукописи была выпущена Винтербургом в Вене в составе сборника<ref name=robinson.328 />. Первое полное издание сохранившихся трудов Тацита (включая первые шесть книг «Анналов» из рукописи «Медицейская I») было осуществлено в 1515 году ватиканским библиотекарем {{нп5|Бероальдо Младший, Филиппо|Филиппо Бероальдо Младшим|de|Filippo Beroaldo der Jüngere}}<ref name=martin.244 /><ref>{{Tronski.tac}} 241—242</ref>.

В начале XVI века [[Беатус Ренанус]] издал комментированное издание сочинений Тацита, чем положил начало их активному филологическому изучению. По сведениям [[Тронский, Иосиф Моисеевич|И. М. Тронского]], оно было издано в 1519 году в Базеле<ref name=tronski.243>{{Tronski.tac}} 243</ref>, а по сведениям современного исследователя Рональда Мартина, Ренан выпустил два комментированных издания сочинений Тацита в 1533 и 1544 году<ref name=martin.249>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 249</ref>. С 1574 года было выпущено несколько изданий сочинений историка под редакцией известного филолога [[Липсий, Юст|Юста Липсия]] с комментариями<ref name=martin.250>''Martin R. H.'' From manuscript to print // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 250</ref>. В 1607 году Курций Пикена ({{lang-la|Curtius Pichena}}) издал во Франкфурте первое издание, основанное на непосредственном изучении различных вариантов рукописей<ref name=martin.244 />. Однако из-за недостаточного опыта работы со средневековыми рукописями и Пикена, и Липсий соглашались с тем, что рукопись «Медицейская II» была создана в IV—V веках, хотя она писалась более поздним беневентским письмом<ref name=martin.250 />.{{clear}}

== Влияние Тацита ==
[[Файл:Guicciardini M Francesco La Historia dItalia.jpg|мини|250px|Титульный лист «Истории Италии» [[Гвиччардини, Франческо|Франческо Гвиччардини]], написанной под влиянием Тацита]]

=== Античность и Средневековье ===
В античную эпоху Тацит не был очень известен. Хотя его друг Плиний Младший предсказывал в письмах, что его произведения будут бессмертными, в сочинениях других интеллектуалов античной эпохи его имя практически не встречается. Всплеск популярности Тацита пришёлся на краткое правление императора Марка Клавдия Тацита, который считал себя потомком историка и повелел всем библиотекам в империи иметь экземпляры его сочинений<ref name=mellor.138>Mellor R. ''Tacitus''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1993. — P. 138.{{ref|en}}</ref>. Кроме того, известный историк конца IV века [[Аммиан Марцеллин]] начал повествование в «Деяниях» ({{lang-la|Res Gestae}}) с 96 года (убийство Домициана и начало правления Нервы), то есть с момента окончания повествования в «Истории» Тацита<ref name=mellor.138 />. Был хорошо знаком с его сочинениями и [[Павел Орозий]]. В своей «Истории против язычников» он нередко использует Тацита как источник информации, однако указывает на недостоверные сведения и на нежелание историка разобраться в истории, связанной с разрушением [[Содом и Гоморра|Содома и Гоморры]]<ref name=mellor.138 /><ref>[[Павел Орозий]]. История против язычников, I, 5</ref><ref group="коммент.">Тацит (История, V, 7) допускает, что Содом и Гоморра были уничтожены небесным огнём, но предполагает, что бесплодие окрестностей связано с испарениями [[Мёртвое море|Мёртвого моря]]. Орозий (История против язычников, I, 5) настаивает на версии [[Книга Бытия|книги Бытия]] о том, что города, «''без сомнения, сгорели в наказание за грехи''», а бесплодие земли — ещё одно следствие божественной кары.</ref>. [[Тертуллиан]] называл его лжецом за рассказ об обычаях евреев<ref name=sob.273>{{SobTac}} 273</ref>. В то же время, [[Магн Аврелий Кассиодор|Кассиодор]] знает лишь «некоего Корнелия»<ref name=mellor.138 />.
[[Файл:Kupferstich fulda dom 1655.jpg|thumb|left|250px|[[Фульдское аббатство|Фульдский монастырь]] в XVII веке]]
В Средние века о существовании сочинений Тацита знали лишь немногочисленные монахи в крупных монастырях. Тем не менее его сочинения продолжали переписываться, и именно благодаря этим копиям труды римского историка известны до наших дней ([[#Рукописи|см. выше]]). Во время [[Каролингское возрождение|каролингского возрождения]] его заново открыли для себя немецкие монахи, обнаружившие у Тацита важные сведения о древних германцах. В IX веке монахи [[Фульдское аббатство|Фульдского монастыря]] — одного из важнейших очагов сохранения античной культуры в Средние века — использовали сведения из рукописей Тацита для своих сочинений<ref name=cct.281>{{Krebs.CCT}} 281</ref>. С его сочинениями были знакомы [[Эйнхард]] и [[Рудольф Фульдский]]<ref name=tronski.240>{{Tronski.tac}} 240</ref>. Особенно активно Тацита использовал Рудольф, писавший о древних саксах<ref name=cct.282>{{Krebs.CCT}} 282</ref>. Возможно, римского историка читали также [[Видукинд Корвейский|Видукинд]] и [[Адам Бременский]], но из-за того, что средневековые авторы не всегда указывали свои источники, если это были язычники, уточнить эти предположения невозможно<ref name=tronski.241 />.

После открытия рукописей Тацита итальянскими гуманистами XIV века он очень скоро становится известен. Его популярности содействовала копия рукописи «Медицейская II», перевезённая из Монтекассино во Флоренцию (вероятно, при участии [[Джованни Бокаччо]])<ref name=mellor.138 />. Находя параллели между римской и современной историей, итальянские гуманисты нередко прибегали к «Анналам» и «Истории» Тацита — обличителя тиранов. Так, например, в 1404 году гуманист [[Бруни, Леонардо|Леонардо Бруни]] использовал свидетельства римского историка для доказательства недостатков монархической формы правления<ref name=mellor.139>Mellor R. ''Tacitus''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1993. — P. 139.{{ref|en}}</ref>. Политический мыслитель [[Макиавелли, Никколо|Никколо Макиавелли]] сравнительно редко обращался к Тациту и уделял больше внимания Ливию<ref name=mellor.139 />. Однако уже современники отмечали, что Макиавелли был близок по духу к Тациту, и когда сочинения итальянского мыслителя внесли в [[Индекс запрещённых книг]], гуманисты стали обращаться к римскому историку вместо запрещённого флорентийца<ref name=mellor.139 />. Несколько позже «Анналов» и «Истории» стала известна «Германия». Одним из первых, кто её использовал, был в середине XV века Энеа Сильвио Пикколомини, в 1458 году избранный папой римским под именем [[Пий II|Пия II]] ([[#Влияние в Германии|см. ниже]])<ref name=mellor.140 />.

=== Новое время ===
[[Файл:Justus Lipsius by Peter Paul Rubens.jpg|мини|250px|Нидерландский филолог [[Липсий, Юст|Юст Липсий]], крупнейший знаток сочинений Тацита, много сделавший для популяризации его сочинений среди читающей публики. По словам С. И. Соболевского, «''Липсий знал наизусть всего Тацита и хвалился, что может прочесть любое место из Тацита, даже если ему при этом приставят к горлу нож, чтобы вонзить при первой ошибке или заминке''»<ref name=irl.287>{{SobTac}} 287</ref>]]
Хотя сочинения Тацита издавались с 1470 года, его популярность первое время была невелика, поскольку тогда продолжали читать тех авторов, которые были хорошо известны в Средние века. Кроме того, до конца XVI века им интересовались почти исключительно в Италии и Германии. Всеевропейская популярность к нему пришла в конце XVI века с публикациями известного филолога [[Липсий, Юст|Юста Липсия]]<ref name=gajda.253>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 253</ref>, а также благодаря лекциям [[Мюре, Марк Антуан|Марка Антуана Мюре]]<ref name=gajda.254>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 254</ref>. В результате в XVII веке он стал одним из самых читаемых античных авторов<ref name=gajda.253 />. Так, за 1600—1649 годы в Европе было напечатано по меньшей мере 67 изданий «Истории» и «Анналов»<ref name=gajda.253 />. За этот же период было выпущено около 30 изданий Саллюстия, второго по популярности латинского автора<ref>''Osmond P. J.'' Princeps historiae Romanae: Sallust in Renaissance political thought // Memoirs of the American Academy in Rome. — 1995. Vol. 40. — P. 134</ref>. Поскольку язык Тацита считался достаточно трудным, активно предпринимались попытки перевода его сочинений на современные языки<ref name=gajda.253 />. Распространение сочинений римского историка, много внимания уделявшего закулисным интригам, дало импульс развитию политической мысли Возрождения<ref name=mellor.140>Mellor R. ''Tacitus''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1993. — P. 140.{{ref|en}}</ref>.

Европейцы, читавшие Тацита в XVI и XVII веках, считали, что его описания императорского Рима напоминают реалии их времени, и, опираясь на произведения Тацита, переосмысливали подоплёку современных им политических событий<ref name=gajda.253 />. Например, это происходило на рубеже XVI—XVII веков, когда смерть бездетных правителей Франции и Англии и последовавшие события приковали внимание к не всегда гладкой преемственности римских императоров<ref name=gajda.258 />. В описании карьеры [[Луций Элий Сеян|Сеяна]] в Европе видели собирательный образ временщика, высоко взлетевшего, но низко павшего<ref name=gajda.258 />. Наконец, в свете активной цензуры правителями и католической церковью печатной продукции получила огромную актуальность критика Тацитом притеснений свободы слова<ref name=gajda.258>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 258</ref>. Благодаря этому фрагмент «Анналов», где описывается судьба опального историка [[Кремуций Корд|Авла Кремуция Корда]] (он покончил жизнь самоубийством, а его сочинения сожгли), оказался одним из наиболее часто цитируемых отрывков этого сочинения<ref name=gajda.258 />. Активное издание переводов Тацита, а также Тита Ливия и Саллюстия на английский язык сыграло немалую роль в подготовке [[Английская революция|Английской революции]]<ref name=gajda.266>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 266</ref>. В 1627 году нидерландский учёный [[Дорислаус, Исаак|Исаак Дорислаус]] начал читать в [[Кембриджский университет|Кембриджском университете]] курс лекций об историке, но его интерпретация римских императоров как узурпаторов повлияла на его скорое отстранение от преподавания<ref name=gajda.267>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 267</ref>.

«История» и «Анналы» оказали большое влияние на историков XVI—XVII веков, и они подражали стилю Тацита, копировали структуру его сочинений и отбирали фактический материал по принципам своего римского предшественника<ref name=gajda.253 />. Одним из первых историков, работавших под серьёзным влиянием Тацита, стал в начале XVI века флорентиец [[Гвиччардини, Франческо|Франческо Гвиччардини]], чья «История Италии» выдержана в стиле «Истории» и «Анналов»<ref name=mellor.140 /><ref name=gajda.255>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 255</ref>. Кроме того, в Новое время сочинения Тацита служили основой для многих трактатов по политической философии благодаря богатому фактическому материалу, собранному историком<ref name=gajda.253-254>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 253—254</ref><ref name=gajda.261>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 261</ref>. Сильное влияние Тацита обнаруживается у классиков естественного права [[Гроций, Гуго|Гуго Гроция]] и [[Гоббс, Томас|Томаса Гоббса]], а также у многих других мыслителей Нового времени — [[Бэкон, Фрэнсис|Фрэнсиса Бэкона]], [[Монтень, Мишель де|Мишеля Монтеня]], [[Мильтон, Джон|Джона Мильтона]], [[Франклин, Бенджамин|Бенджамина Франклина]], [[Адамс, Джон (президент)|Джона Адамса]], [[Джефферсон, Томас|Томаса Джефферсона]]<ref name=gajda.268 /><ref name=mellor.108>Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — P. 108{{ref|en}}</ref><ref name=companion2.513et515>''Kapust D.'' Tacitus and Political Thought // A Companion to Tacitus. Ed. by V. E. Pagán. — Wiley—Blackwell, 2012. — P. 513; P. 515</ref>.

Впрочем, уже в конце XVI века распространился и иной взгляд на сочинения набиравшего популярность автора. В это время, полное войн и междоусобиц, апологеты монархической формы правления начали акцентировать внимание на той строгой политике, которую проводили Октавиан Август и Тиберий для привнесения стабильности в политическую жизнь<ref name=gajda.259>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 259</ref>. На первый план выставлялись и красочные описания гражданских войн, которые представлялись как большее зло, нежели ограничение прав и свобод. Таким образом, критика императоров привлекли к оправданию современных монархий. Кроме того, в 1589 году Юст Липсий, способствовавший распространению Тацита как издатель и комментатор его сочинений, издал работу «Шесть книг о политике». В ней он переосмыслил свои прежние взгляды на соотнесение идей Тацита с современностью. Если ранее он сравнивал [[Альба, Фернандо Альварес де Толедо|герцога Альбу]] с деспотичным [[Тиберий|Тиберием]], то теперь он искал у римского историка рекомендации по предотвращению гражданских войн и установлению сильной монархической власти<ref name=gajda.259 />. Именитого филолога обвиняют в том, что он не гнушался вырывать слова Тацита и героев его сочинений из контекста, порой придавая им противоположный смысл<ref name=gajda.260>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 260</ref>. Тем не менее Липсий продолжал осуждать тиранов, злоупотреблявших своей властью<ref name=gajda.261 />.

Хотя с середины XVII века влияние Тацита как политического мыслителя стало снижаться, созданные им образы императорского Рима продолжали вызывать ассоциации с современностью<ref name=gajda.268>''Gajda A.'' Tacitus and political thought in early modern Europe, c. 1530 — c. 1640 // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 268</ref>. Некоторые исследователи полагают, что большое воздействие произведений римского историка на развивающуюся политическую философию сохранялось вплоть до конца XVIII века<ref name=companion2.514>''Kapust D.'' Tacitus and Political Thought // A Companion to Tacitus. Ed. by V. E. Pagán. — Wiley—Blackwell, 2012. — P. 514</ref>. Кроме того, его сочинения уже прочно вошли в состав неписаного канона исторической литературы<ref name=gajda.268 />. В XVII веке Тацит становится очень популярным во Франции, чему способствовала эмиграция многих представителей итальянской элиты ко французскому двору<ref name=gajda.258 />. Наибольший интерес в этот период вызывали его литературные таланты, и он вдохновляет немало французских литераторов. На основе сведений Тацита и под сильным влиянием его взглядов были созданы пьесы «Смерть Агриппины» [[Сирано де Бержерак, Савиньен|Сирано де Бержерака]], «Отон» [[Корнель, Пьер|Пьера Корнеля]], «[[Британик (пьеса)|Британик]]» [[Расин, Жан|Жана Расина]]. В частности, Расин называл Тацита «величайшим живописцем древности»<ref name=tronski.244 />.

Несмотря на существование обширной традиции, трактовавшей Тацита как защитника монархии, изображение Тацитом императоров и его описание общественной жизни Рима указывало на совершенно иное направление политических симпатий античного историка<ref name=tronski.244>{{Tronski.tac}} 244</ref>. В XVIII веке в Таците стали видеть не только одного из крупнейших противников монархии в римской литературе, но и горячего сторонника республиканской формы правления<ref name=tronski.244 />. В начале века ирландский публицист {{нп5|Гордон, Томас (писатель)|Томас Гордон||Thomas Gordon (writer)}} опубликовал перевод сочинений Тацита на английский язык, а вместе с ним — трактат «''Историко-политические рассуждения о книгах Тацита''». Последнее сочинение придало импульс развитию антимонархической традиции<ref name=tronski.244 />. Римский историк оставался образцом для многих профессиональных антиковедов. Так, британский историк [[Гиббон, Эдвард|Эдвард Гиббон]], написавший известную работу «История упадка и разрушения Римской империи», во многом находился под влиянием Тацита<ref>''Cartledge P.'' Gibbon and Tacitus // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 277</ref>. Кроме того, на XVIII век приходятся первые попытки критического восприятия образов Рима, созданных римским историком. Например, Вольтер считал преувеличенными высказывания Тацита о Тиберии и Нероне<ref name=tronski.244 />. [[Наполеон I|Наполеон Бонапарт]] крайне негативно относился к творчеству римского историка и даже начал литературную кампанию с целью очернения одного из самых популярных античных авторов. В частности, Наполеон приказал печатать статьи с критикой Тацита как историка и писателя, а также требовал исключения его сочинений из школьного курса. По его мнению, Тацит был отсталым консерватором, который не захотел принять прогрессивную для своего времени имперскую форму правления<ref name=tronski.244et245>{{Tronski.tac}} 244—245</ref>. Племянник Бонапарта [[Наполеон III]], много занимавшийся изучением римской истории, тоже критиковал обличителя императоров-тиранов. При нём приверженцы императора выступали в печати, стремясь доказать неправоту оценок римского автора<ref name=tronski.246 />. Впрочем, его продолжали ценить интеллектуалы. Особенно хорошо его знали в Германии ([[#Влияние в Германии|см. ниже]]). [[Маркс, Карл|Карл Маркс]] и [[Энгельс, Фридрих|Фридрих Энгельс]] высоко оценивали Тацита и неоднократно обращались к его сочинениям. В частности, в классической работе Энгельса «[[Происхождение семьи, частной собственности и государства]]» очень много ссылок на «Германию»<ref name=tronski.245>{{Tronski.tac}} 245</ref><ref name=companion2.517 />. Сочинения историка использовали также [[Гегель, Георг Вильгельм Фридрих|Георг Гегель]], [[Ницше, Фридрих|Фридрих Ницше]], [[Вебер, Макс|Макс Вебер]]<ref name=companion2.517>''Kapust D.'' Tacitus and Political Thought // A Companion to Tacitus. Ed. by V. E. Pagán. — Wiley—Blackwell, 2012. — P. 517</ref>.

К Тациту обращался [[Карамзин, Николай Михайлович|Николай Карамзин]] во время работы над «Историей государства российского»<ref name=cv.415>''Чистякова Н. А., Вулих Н. В.'' История античной литературы. — {{Л.}}: ЛГУ, 1963 — С. 415.</ref>. [[Пушкин, Александр Сергеевич|Александр Пушкин]] внимательно читал Тацита и вдохновлялся им в процессе написания «Бориса Годунова», а среди заметок поэта есть «Замечания на „Анналы“ Тацита»<ref name=cv.415 /><ref>''Пушкин А. С.'' [http://feb-web.ru/feb/pushkin/texts/push17/vol12/y12-1922.htm Замечания на Анналы Тацита] // Пушкин А. С. Полное собрание сочинений: В 16 т. — Т. 12. Критика. Автобиография. — {{М.}}—{{Л.}}: [[Издательство АН СССР]], 1949. — С. 192—194. {{Wayback|url=http://feb-web.ru/feb/pushkin/texts/push17/vol12/y12-1922.htm |date=20160307195743 }}</ref>. В них Пушкин не столько обращал внимание на язык этого автора, сколько находил противоречия в сообщаемых им фактах, а также обращался к анализу историко-культурного контекста эпохи. В России революционное толкование идей Тацита вдохновляло [[декабристы|декабристов]]<ref name=tr.ial.470>''Тронский И. М.'' История античной литературы. — {{Л.}}: Учпедгиз, 1946. — С. 470.</ref> и [[Герцен, Александр Иванович|Александра Герцена]]. Последний называл его «''необъятно великим''» и в 1838 году написал под его влиянием небольшую работу «Из римских сцен»<ref name=cv.415et416>''Чистякова Н. А., Вулих Н. В.'' История античной литературы. — {{Л.}}: ЛГУ, 1963 — С. 415—416.</ref>.

=== Влияние в Германии ===
[[Файл:Arminius1.jpg|мини|[[Памятник Арминию]] возле [[Детмольд]]а (возведён в 1838—1875 гг.)|250px]]
Благодаря тому, что сочинения Тацита содержали немало географических и этнографических описаний германских территорий, они нередко использовались для исследования древней истории Германии.

Несмотря на достаточно активное использование в эпоху [[Каролингское возрождение|каролингского возрождения]] ([[#Античность и Средневековье|см. выше]]), впоследствии Тацит был практически забыт в Германии вплоть до XV века, когда итальянские гуманисты стали внимательно изучать его рукописи ([[#Новое время|см. выше]]). 31 августа 1457 года кардинал Энеа Сильвио Пикколомини, в скором времени ставший папой римским под именем [[Пий II|Пия II]], получил письмо от секретаря [[Архиепископ Майнца|епископа Майнца]] Мартина Майра ({{lang-de|Martin Mair}})<ref name=ben.167>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 167</ref>. Майр озвучил распространённое в народе недовольство политикой католической церкви<ref name=ben.167 />. В Германии проводили параллели между текущей ситуацией и временами Римской империи, а церковную десятину сравнивали с уплатой налогов. Именно из-за римлян, полагали там, их некогда великая страна пришла в упадок. В ответ Пикколомини написал трактат, где на материале «Германии» Тацита показывал дикое и бесславное прошлое германцев (для этого он отобрал только негативные их характеристики у Тацита<ref name=ben.167 />) и прогресс, которого они добились благодаря Риму<ref name=cct.283>{{Krebs.CCT}} 283</ref><ref name=mellor.141>Mellor R. ''Tacitus''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1993. — P. 141.{{ref|en}}</ref>. Это сочинение быстро распространилось в Германии, но своей цели не достигло. Оно было воспринято как провокация и лишь усилило антиитальянские и антипапские настроения<ref name=cct.283 />. Тем не менее благодаря Пикколомини в Германии заново открыли сочинения Тацита — важнейшие источники по истории своих предков<ref name=cct.284>{{Krebs.CCT}} 284</ref>.

В 1500 году немецкий гуманист [[Цельтис, Конрад|Конрад Цельтис]] указал на недостаточность знаний о древних германцах и призвал собирать и распространять все доступные свидетельства о них<ref name=cct.285et286>{{Krebs.CCT}} 285—286</ref>. Впрочем, Цельтис был уже знаком с «Германией» — при занятии кафедры университета в Ингольштадте в 1492 году он произнёс речь, в основе которой лежало это сочинение<ref name=ben.168 />. Узнав о «Германии» от Пикколомини, Цельтис изучил это сочинение и стал распространять противоположную точку зрения на жизнь древних германцев<ref name=mellor.141 />. Благодаря Пикколомини и Цельтису «Германия» Тацита начала активно печататься на немецкоязычных землях<ref group="коммент.">Если до 1500 года «Германию» на немецкоязычных землях напечатали лишь один раз (в Нюрнберге в 1476 году), то уже в первое десятилетие XVI века это сочинение начало издаваться очень часто; см. ''Krebs C. B.'' A dangerous book: the reception of the Germania // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 285—286: «''…начиная с первого издания в Болонье в 1472 году, на протяжении почти трёх десятилетий, „Германия“ оставалась „итальянским“ делом (за исключением издания в Нюрнберге в 1476 году); но появление работы Цельтиса в 1500 году стало поворотным пунктом, и в последующие десятилетия „Германия“ печаталась преимущественно в германоязычных странах''». Оригинал: «''…starting with the ''[[editio princeps]]'' in Bologna in 1472, for almost three decades the Germania remained an ‘Italian’ affair (with the exception of Nuremberg in 1476); but the appearance of Celtis’ edition in 1500 marked a turning point, and in subsequent decades the Germania was printed mostly in German-speaking countries''».</ref>, а в 1535 году [[Мицилл, Якоб|Якоб Мицилл (Мольцер)]] перевёл это сочинение на немецкий язык<ref name=cct.285et286 />. С подачи Цельтиса гуманист [[Гуттен, Ульрих фон|Ульрих фон Гуттен]] в начале XVI века обратился к сочинениям Тацита для создания идеализированного образа древних германцев. В отличие от Пикколомини, он подчеркнул не негативные характеристики германцев, а только позитивные. На основе «Германии», «Анналов», а также небольшой «Истории» римского автора [[Гай Веллей Патеркул|Веллея Патеркула]] фон Гуттен создал идеализированный образ вождя германского племени херусков [[Арминий|Арминия]], [[Битва в Тевтобургском Лесу|разбившего римлян в Тевтобургском Лесу]]<ref name=ben.168 /><ref name=tronski.243 />. Немецкий гуманист утверждал, что Арминий — более талантливый полководец, чем [[Публий Корнелий Сципион Африканский|Сципион]], [[Ганнибал]] и [[Александр Македонский]]<ref name=mellor.141 />. Благодаря фон Гуттену Арминий стал считаться национальным героем Германии, и образ борца за свободу своего народа против Рима сыграл значительную роль в становлении германского национального движения<ref name=tronski.243 />. Трактовку фон Гуттеном Арминия поддержал инициатор [[Реформация|Реформации]] [[Лютер, Мартин|Мартин Лютер]], который высказал предположение, что ''Arminius'' — искажённая форма германского имени ''[[Германн|Hermann]]''<ref name=mellor.141 />. Некоторое время в начале XVI века популярными были шовинистические трактовки сочинений Тацита, утверждавшие вековечное превосходство германцев над римлянами<ref name=cct.288>{{Krebs.CCT}} 288</ref>. Таким образом, небольшое сочинение римского историка получило актуальность в связи со становлением германского национального движения и началом [[Реформация|Реформации]]<ref name=ben.168et169>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 168—169</ref>.
{{Врезка
|Заголовок = Тацит. Германия, 4
|Ширина = 250px
|Выравнивание = left
|Содержание = «Сам я присоединяюсь к мнению тех, кто полагает, что населяющие Германию племена, никогда не подвергавшиеся смешению через браки с какими-либо иноплеменниками, искони составляют особый, сохранивший изначальную чистоту и лишь на себя самого похожий народ. Отсюда, несмотря на такое число людей, всем им присущ тот же облик: жёсткие голубые глаза, русые волосы, рослые тела, способные только к кратковременному усилию; вместе с тем им не хватает терпения, чтобы упорно и напряжённо трудиться, и они совсем не выносят жажды и зноя, тогда как непогода и почва приучили их легко претерпевать холод и голод».}}
В XVII веке тема противостояния с Римом более не была столь актуальной, и внимание к Тациту в Германии несколько ослабло. Изменилась и сфера использования «Германии» в литературе: записанные Тацитом свидетельства о древних германцах использовались уже повсеместно — от драматических и сатирических произведений до лингвистических трактатов<ref name=cct.288et289>{{Krebs.CCT}} 288—289</ref>. К римскому историку активно обращались философы [[Гердер, Иоганн Готфрид|Иоганн Гердер]] и [[Фихте, Иоганн Готлиб|Иоганн Фихте]]<ref name=cct.291et292>{{Krebs.CCT}} 291—292</ref>, а в начале XIX века идеологи немецкого национализма [[Арндт, Эрнст Мориц|Эрнст Мориц Арндт]] и [[Фридрих Людвиг Ян]] строили свои идеализированные картины жизни древних германцев на основе описаний Тацита. Арндт, в частности, приписывал немцам многие положительные черты, которые Тацит приписал древним германцам. Он также утверждал, что современные немцы сохранили значительно больше черт своих доблестных предков, чем все другие европейские народы унаследовали от своих праотцов<ref name=cct.293>{{Krebs.CCT}} 293</ref>. При государственной поддержке был построен [[памятник Арминию]], чьё строительство вдохновил памятник [[Верцингеториг]]у под Алезией<ref name=ben.169>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 169</ref>. По французскому образцу<ref group="коммент.">[[Наполеон III]] активно покровительствовал исследованиям истории Древнего Рима, в том числе и изучению событий [[Галльская война|Галльской войны]]; см. ''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 170: «''…французский император был ответственен за археологическое изучение многих аспектов битв и кампаний, описанных Цезарем…''» Оригинал: «''…the French Emperor had been responsible for the archaeological investigation of many aspects and sites of the battles and campaigns described by Caesar…''»</ref> в Германии началось целенаправленное археологическое изучение местностей, описанных Тацитом<ref name=ben.170>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 170</ref>. Большинство исследований идеализировали германцев и прошлое в целом, а некоторые учёные обращались к Тациту в попытках реконструировать исконный немецкий ''Volksgeist'' — «народный дух»<ref name=ben.170 />. Со временем получила большое распространение идея об уникальности германцев и их превосходстве над другими народами Европы<ref name=ben.170 />.

Благодаря тому, что в немецком национальном движении распространилась односторонняя трактовка «Германии» как сочинения, описывающего достоинства древних германцев, «Германия» нередко привлекалась идеологами национал-социализма в 1930-е годы. Наиболее активным человеком, который распространял и приспосабливал его для нужд национал-социализма, был рейхсфюрер СС [[Гиммлер, Генрих|Генрих Гиммлер]]. Впервые он прочитал «Германию» в молодости и был ей потрясён<ref name=cct.296>{{Krebs.CCT}} 296</ref>. После своего возвышения он всячески пропагандировал положительные характеристики германцев у Тацита<ref name=cct.296 />, а в 1943 году направил в Италию руководителя отдела «[[Аненербе]]» [[Тилль, Рудольф|Рудольфа Тилля]] для изучения «''Codex Aesinas''» ([[#Рукописи|см. выше]]) — одной из древнейших рукописей «Германии»<ref name=cct.297>{{Krebs.CCT}} 297</ref>. Особой популярностью пользовался фрагмент о сохранении германцами расовой чистоты (см. слева); это наблюдение римского историка служило одной из основ новой «антропологии»<ref name=ben.174>''Benario H. W.'' Tacitus’ «Germania» and Modern Germany // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 174</ref>. Так, в 30-е годы специалист по расовой теории [[Гюнтер, Ханс Фридрих Карл|Ханс Гюнтер]] считал это свидетельством заботы древних германцев о сохранении расовой чистоты<ref name=cct.297 />, что согласовывалось с принятием в 1935 году [[Нюрнбергские расовые законы|Нюрнбергских расовых законов]]. Знакомство с наблюдениями Тацита о взаимосвязи расовой чистоты и военной доблести обнаруживается у [[Чемберлен, Хьюстон Стюарт|Хьюстона Стюарта Чемберлена]], [[Розенберг, Альфред|Альфреда Розенберга]] и [[Гитлер, Адольф|Адольфа Гитлера]]<ref name=ben.174 />. Иные толкования Тацита не приветствовались: когда в 1933 году кардинал [[Фаульхабер, Михаэль фон|Михаэль фон Фаульхабер]] обратился к верующим с новогодним посланием, используя доводы Пикколомини о варварстве древних германцев, его отпечатанную речь сжигали на улицах члены «[[Гитлерюгенд]]а», а в сторону его резиденции дважды стреляли<ref name=cct.296 />.{{clear}}

== Научное изучение Тацита ==

=== Научное изучение сочинений ===
<gallery>
Файл:Gaston Boissier 02.jpg|[[Буассье, Гастон|Гастон Буассье]] (1823—1908) — исследователь творчества Тацита и автор монографии о нём
Файл:Brockhaus and Efron Encyclopedic Dictionary B82 43-4.jpg| [[Модестов, Василий Иванович|Василий Иванович Модестов]] (1839—1907) — автор монографии о Таците и перевода его сочинений на русский язык
Файл:Ronald Syme.jpg|[[Сайм, Рональд|Рональд Сайм]] (1903—1989) — автор двухтомной монографии и ряда статей о Таците
</gallery>

В XVI веке Беат Ренан впервые осуществил издание сочинений Тацита с филологическими комментариями ([[#Первые печатные издания|см. выше]]). В нём он противостоял модным в то время попыткам использовать сочинения римского историка в немецкой публицистике ([[#Влияние в Германии|см. выше]]). В частности, публицисты нашли всем современным германским землям соответствия в виде племён древних германцев, что Ренан подверг сомнению<ref name=cct.288 />. Бо́льшую известность, однако, получили комментированные издания Тацита авторства известного филолога Юста Липсия ([[#Новое время|см. выше]]) — именно его обычно считают первым исследователем творчества Тацита<ref name=martin.242 />. Липсий предложил по меньшей мере тысячу эмендаций (целенаправленных исправлений, основанных на изучении разночтений во всех рукописях, с целью исключить ошибки средневековых переписчиков и восстановить оригинальное написание) к одним только «Анналам», хотя некоторые из них он позаимствовал у предшественников<ref name=martin.250 />.

В 1734 году [[Монтескьё, Шарль-Луи де Секонда|Шарль Монтескьё]] написал небольшой трактат «Рассуждение о причинах величия и упадка римлян». В этом сочинении французский просветитель критически подошёл к сведениям историка и, сопоставив его информацию с другими источниками, пришёл к выводу о его предвзятости<ref name=iai.41>''Кузищин В. И.'' Французская просветительская историография // Историография античной истории. Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 41</ref>. [[Вольтер]] пошёл ещё дальше в оценке субъективности Тацита и считал его публицистом, к сведениям которого следует относиться скептически<ref name=iai.42>''Кузищин В. И.'' Французская просветительская историография // Историография античной истории. Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 42</ref>. В XIX веке идеи о вторичности творчества Тацита получили в Европе большое распространение<ref name=tronski.246>{{Tronski.tac}} 246</ref>. Как правило, исследователи признавали его несомненные литературные достоинства, но отрицали его мастерство историка<ref name=tronski.246 />. [[Моммзен, Теодор|Теодор Моммзен]] раскритиковал его отрывочные, недостоверные и противоречивые сведения о военных кампаниях и назвал Тацита «''самым невоенным из историков''»<ref name=grant.75 />. Невысоко оценивал его и французский историк [[Тьерри, Амедей|Амедей Тьерри]], который подчёркивал огромную важность [[Римская империя|Римской империи]] для европейской истории и скептически подошёл к Тациту, критиковавшему императоров<ref>''Модестов В. И.'' {{cite web |url = https://books.google.by/books?id=HZw9AAAAYAAJ&hl=ru&source=gbs_navlinks_s |title = Тацит и его сочинения  |archive-url = https://web.archive.org/web/20210513073023/https://books.google.by/books?id=HZw9AAAAYAAJ&hl=ru&source=gbs_navlinks_s |archive-date = 2021-05-13 }}. — {{СПб.}}, 1864. — С. 186—188</ref>. Впрочем, существовали и более высокие его оценки как историка (в частности, [[Буассье, Гастон|Гастон Буассье]] считал его правдивым автором, хотя и признавал некоторую его предвзятость)<ref name=tronski.246 />.

В Российской империи изучением Тацита занимались [[Крюков, Дмитрий Львович|Д. Л. Крюков]]<ref name=iai.75>''Фролов Э. Д.'' Изучение античности в России дореформенного периода // Историография античной истории / Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 75.</ref>, [[Цветаев, Иван Владимирович|И. В. Цветаев]]<ref name=iai.131>''Кузищин В. И., Фролов Э. Д.'' Изучение античности в России // Историография античной истории / Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 131.</ref>, [[Модестов, Василий Иванович|В. И. Модестов]]<ref name=iai.136>''Кузищин В. И., Фролов Э. Д.'' Изучение античности в России // Историография античной истории / Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 136.</ref>, [[Драгоманов, Михаил Петрович|М. П. Драгоманов]]<ref name=iai.138>''Кузищин В. И., Фролов Э. Д.'' Изучение античности в России // Историография античной истории / Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 138.</ref>, [[Гревс, Иван Михайлович|И. М. Гревс]]<ref name=tronski.247 /> (впрочем, его итоговая монография о Таците вышла лишь посмертно, в 1946 году, а в 1952 году её перевели на немецкий язык<ref name=tac.ru.26>''Беликов А. П., Елагина А. А.'' Возрождение отечественного «тацитоведения» (40—70-е гг. XX века) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. — Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. — 2009, Вып. 56. — № 9. — С. 26.</ref>). В. И. Модестов доказывал несостоятельность критической традиции, принижавшей значение римского историка как оригинального и достойного доверия автора, утверждал его беспристрастность, а позднее издал полный перевод его сочинений, который сохранял свою ценность и спустя столетие<ref name=iai.136 /><ref name=tronski.247>{{Tronski.tac}} 247</ref>. М. П. Драгоманов, напротив, критиковал предвзятость Тацита, который, по его мнению, был чересчур пристрастен в отношении императора Тиберия<ref name=iai.138 />. И. М. Гревс подчёркивал его мастерство в обличении пороков своего времени, в описании сражений (ср. с оценкой Моммзена) и в деловитости описания, упрекал в отсутствии единых критериев установления истины<ref name=tac.ru.26 />, но при этом признавал его в целом беспристрастным и правдивым, склонным к анализу ряда источников<ref name=tac.ru.27>''Беликов А. П., Елагина А. А.'' Возрождение отечественного «тацитоведения» (40—70-е гг. XX века) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. — Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. — 2009, Вып. 56. — № 9. — С. 27.</ref>.

В начале XX века с накоплением и развитием историографии критическая традиция стала определять отношение к Тациту. Оценки историком первых римских императоров начали рассматриваться как необъективные практически повсеместно. Особенно ярко эта тенденция проявилась в освещении правления Тиберия<ref name=sob.274 /><ref name=verzb.28>''Вержбицкий К. В.'' Образ Тиберия в «Анналах» Тацита и проблема его достоверности // Университетский историк. Вып. 1. — {{СПб.}}: СПбГУ, 2002. — С. 28</ref>. Исследователи упрекали его в том, что в описании правления этого императора Тацит находился под решающим влиянием нескольких сочинений оппозиционно настроенных предшественников<ref name=verzb.30>''Вержбицкий К. В.'' Образ Тиберия в «Анналах» Тацита и проблема его достоверности // Университетский историк. Вып. 1. — {{СПб.}}: СПбГУ, 2002. — С. 30</ref>. Кроме того, Тациту ставили в вину отражение не исторической реальности, а собственных представлений о ней, а также указывали на активное использование им риторических приёмов для поддержки своей позиции<ref name=verzb.30/>.

Во второй половине XX века появилось несколько крупных обобщающих работ, посвящённых Тациту. Двухтомная книга Рональда Сайма «Тацит», изданная в 1958 году, быстро завоевала признание в качестве фундаментальной не только о самом историке, но и о его времени. Эта работа стала также считаться одним из образцов того, как следует изучать жизнь и творчество автора в историко-культурном контексте<ref name=cct.318>''Toher M.'' Tacitus’ Syme // The Cambridge Companion to Tacitus. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — P. 318</ref>. Эта работа также показывает, насколько Сайм — один из крупнейших антиковедов XX века — находился под влиянием Тацита<ref name=cct.318 />. Помимо Сайма, монографические исследования издали Кларенс Менделл, Этторе Параторе, Рональд Мартин, [[Грималь, Пьер|Пьер Грималь]], Рональд Меллор, Рианнон Эш. Кроме того, в 1968 году венгерский учёный {{нп5|Боржак, Иштван|Иштван Боржак|de|István Borzsák}} написал обстоятельную статью о нём для 11-го дополнительного тома энциклопедии [[Паули-Виссова]]. Занимались Тацитом и другие исследователи. В русскоязычной историографии единственной обобщающей работой об историке в этот период стала монография Г. С. Кнабе «Корнелий Тацит», изданная в 1981 году. Кроме него, в СССР изучением Тацита занимались И. М. Сидорова, [[Бокщанин, Анатолий Георгиевич|А. Г. Бокщанин]], М. А. Шмидт, И. М. Тронский, [[Утченко, Сергей Львович|С. Л. Утченко]], Т. И. Кузнецова, А. С. Крюков<ref name=tac.ru.27et30>''Беликов А. П., Елагина А. А.'' Возрождение отечественного «тацитоведения» (40—70-е гг. XX века) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. — Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. — 2009, Вып. 56. — № 9. — С. 27—30.</ref>. В этот период большинство учёных признало несомненные достоинства Тацита как литератора и как историка, однако зачастую его оценка правления Тиберия продолжала считаться необъективной<ref name=verzb.28-29>''Вержбицкий К. В.'' Образ Тиберия в «Анналах» Тацита и проблема его достоверности // Университетский историк. — Вып. 1. — {{СПб.}}: [[Санкт-Петербургский государственный университет|СПбГУ]], 2002. — С. 28—29.</ref>.

=== Споры о подлинности сочинений ===
{{якорь|Подлинность_Диалога}}Вскоре после распространения работ Тацита в Европе у исследователей появились сомнения о подлинности «Диалога об ораторах», поскольку это сочинение сильно отличается по стилю от других работ историка. Ещё в XVI веке Беат Ренан и Юст Липсий впервые подвергли сомнению авторство Тацита<ref name=sob.248>{{SobTac}} 248</ref><ref name=powell.237>Powell J. G. F. ''Dialogues and Treatises'' // A Companion to Latin Literature. Ed. by S. Harrison. — Blackwell, 2005. — P. 237</ref>. Критика основывалась на стилистических различиях между «Диалогом» и другими произведениями Тацита (по стилю сочинение похоже на диалоги [[Марк Туллий Цицерон|Цицерона]]<ref name=anticzpis />), из-за которых авторство «Диалога» приписывалось [[Квинтилиан]]у, [[Гай Светоний Транквилл|Светонию]] либо же Плинию Младшему<!-- source -->. Впрочем, заметно отличающийся стиль может быть объяснён жанровыми различиями (основную часть произведения занимает прямая речь)<ref name=powell.237 />. В настоящее время полемика о подлинности «Диалога» завершена, и Тацит считается его автором практически всеми учёными-филологами<ref name=sob.248 /><ref name=powell.237 /><ref>''Гревс И. М.'' Тацит. — {{М.}}—{{Л.}}, 1946. — С. 89.</ref>.

Принадлежность Тациту больших исторических сочинений долгое время не подвергалась сомнению. Одним из первых усомнился в подлинности этих работ [[Вольтер]]<ref name=mendell.219>''Mendell C. W.'' Tacitus: the man and his work. — Yale University Press, 1957. — P. 219</ref>, хотя французский просветитель ограничился лишь предположением. Новые попытки оспорить авторство Тацита появились уже в XIX веке под влиянием традиции гиперкритики источников и, прежде всего, школы [[Нибур, Бартольд Георг|Бартольда Нибура]]. При этом все попытки доказать поддельность сочинений Тацита были сделаны не историками, а публицистами. В 1878 году британский писатель [[:s:en:Ross, John Wilson (DNB00)|Джон Уилсон Росс]] выпустил работу «''Тацит и Браччолини: Анналы, созданные в пятнадцатом веке''» ({{lang-en|Tacitus and Bracciolini: the Annals forged in the Fifteenth Century}}), в которой утверждал, что сочинения Тацита — это подделка, выполненная итальянским гуманистом [[Браччолини, Поджо|Поджо Браччолини]] (Браччолини разыскал в монастырях Италии и Германии ряд рукописей латинских авторов, в том числе и сочинения Корнелия Тацита, подробнее [[#Рукописи|см. выше]])<ref name=mendell.219 />. В 1890 году французский писатель {{нп5|Гошар, Полидор|Полидор Гошар|fr|Polydore Hochart}} издал сочинение «''Об оригинальности Анналов и Истории Тацита''» ({{lang-fr|De l'authenticité des Annales et des Histoires de Tacite}}), в котором повторил основные мысли Росса в более развёрнутой форме<ref name=mendell.219 />. Хотя оба этих сочинения вызвали некоторый интерес в обществе, учёным сообществом они не воспринимались всерьёз. К середине XX века они были отвергнуты абсолютным большинством исследователей<ref name=mendell.383>''Mendell C. W.'' Tacitus: the man and his work. — [[Yale University Press]], 1957. — P. 383</ref>.

=== Тацит о христианстве ===
[[Файл:Siemiradski Fackeln.jpg|мини|300px|[[Светочи христианства (Факелы Нерона)]] (1876), картина [[Семирадский, Генрих Ипполитович|Генриха Семирадского]]. Рассказ Тацита о казнях христиан Нероном стал самым известным свидетельством гонений на них в Риме из уст независимого автора, и нередко об отношении Рима и римлян к христианам судят лишь по этому эпизоду]]
В книге XV «Анналов» Тацит уделяет один абзац описанию преследований и казней христиан при [[Нерон]]е. Уже во время [[Великий пожар Рима|Великого пожара Рима]] в 64 году император начал искать виновных, и в качестве козлов отпущения его выбор пал на христианскую общину Рима.

<blockquote>''«Но ни средствами человеческими, ни щедротами принцепса, ни обращением за содействием к божествам невозможно было пресечь бесчестящую его [Нерона] молву, что пожар был устроен по его приказанию. И вот Нерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощрённейшим казням тех, кто своими мерзостями навлёк на себя всеобщую ненависть и кого толпа называла христианами. Христа, от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат; подавленное на время это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу, и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме, куда отовсюду стекается всё наиболее гнусное и постыдное и где оно находит приверженцев. Итак, сначала были схвачены те, кто открыто признавал себя принадлежащими к этой секте, а затем по их указаниям и великое множество прочих, изобличённых не столько в злодейском поджоге, сколько в ненависти к роду людскому. Их умерщвление сопровождалось издевательствами, ибо их облачали в шкуры диких зверей, дабы они были растерзаны насмерть собаками, распинали на крестах, или обречённых на смерть в огне поджигали с наступлением темноты ради ночного освещения. Для этого зрелища Нерон предоставил свои сады; тогда же он дал представление в цирке, во время которого сидел среди толпы в одежде возничего или правил упряжкой, участвуя в состязании колесниц. И хотя на христианах лежала вина и они заслуживали самой суровой кары, всё же эти жестокости пробуждали сострадание к ним, ибо казалось, что их истребляют не в видах общественной пользы, а вследствие кровожадности одного Нерона»''<ref>(Tac. Ann., XV, 44) Тацит. Анналы, XV, 44; пер. А. С. Бобовича</ref>.</blockquote>

В конце XIX века в изучении истории религии сложились два направления — [[Мифологическая школа|мифологическое]] и историческое. Учёные, работавшие под влиянием мифологической школы, отрицали историчность Иисуса, а свидетельства о нём и христианах у римских авторов I—II веков н. э., как правило, считали вставками средневековых монахов-переписчиков. В частности, немецкий учёный [[Древс, Артур|Артур Древс]] считал упоминание Тацитом Христа более поздней подделкой<ref name=iai.149>''Немировский А. И.'' Германская историография античности // Историография античной истории. Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — С. 149</ref>. Однако выводы мифологической школы были подвергнуты критике, и к 1940-му году она в основном утратила влияние в западной историографии<ref>Нехристианские свидетельства о Христе // ''Мень А.'' Библиологический словарь. В трёх томах. — {{М.}}: Фонд имени Александра Меня, 2002.</ref>. В советской исторической науке представления, схожие с выводами мифологической школы, сохраняли влияние и позднее, до введения в оборот [[Кумранские рукописи|Кумранских рукописей]].
[[Файл:Highlight of MII.png|thumb|200px|Слово «''christianos''» в оригинале рукописи «Медицейская II».<br>
Красной стрелкой отмечен пробел.]]
Учёные, работавшие в рамках исторической школы, постарались извлечь максимум информации из сравнительно небольшого пассажа Тацита. Это стало возможным в результате доказательства оригинальности этого фрагмента Тацита; в современной историографии принято считать рассказ римского историка правдивым<ref name=rmartin.182>''Martin R. H.'' Tacitus. — Berkeley: University of California Press, 1981. — P. 182</ref><ref name=vv.44 />. В 1902 году филолог Георг Андресен предположил, что в оригинале рукописи «Медицейская II» — единственной, в которой сохранился этот фрагмент ([[#Рукописи|см. выше]]) — слово, обозначающее христиан, изначально было написано по-иному, а затем исправлено. Согласно его наблюдениям, между буквами ''i'' и ''s'' в слове ''christianos'' находится необычно большой разрыв (см. справа), что нехарактерно для средневековых переписчиков — они старались экономить дорогой пергамент. Впоследствии с помощью изучения оригинала манускрипта под ультрафиолетовыми лучами было установлено, что первоначально в рукописи было написано ''chrestianos'', но затем букву ''e'' исправили на ''i''. При этом имя самого Христа в манускрипте однозначно указано как ''Christus''<ref name=vv.44 />. Современные издания текста Тацита и исследования обычно следуют оригинальному прочтению рукописи (''chrestianos'', но ''Christus'')<ref name=vv.43>''Van Voorst R.'' Jesus Outside the New Testament: An Introduction to the Ancient Evidence. — Grand Rapids: Wm. B. Eerdemans, 2000. — P. 43</ref>. Причина разночтения остаётся невыясненной.

Немало литературы посвящено разбору вопросов о связи Великого пожара с преследованиями христиан Нероном, возможности причастности христиан к поджогам, а также юридическим основаниям для казни христиан<ref name=vv.44>''Van Voorst R.'' Jesus Outside the New Testament: An Introduction to the Ancient Evidence. — Grand Rapids: Wm. B. Eerdemans, 2000. — P. 44</ref>. Наконец, существуют и различные варианты понимания отдельных слов фрагмента (в частности, смысл некоторых фраз исказился при переводах на русский язык<ref>''Торканевский А. А.'' Рим в системе принципата и становление христианской общины Рима (I — середина II в. н. э.): Автореф. дисс. … учён. степ. канд. ист. наук (07.00.03). — {{Мн.}}, 2012. — С. 11—12.</ref>).

== Память ==
В 1935 году [[Международный астрономический союз]] присвоил имя Тацита [[Тацит (лунный кратер)|кратеру]] на [[Видимая сторона Луны|видимой стороне Луны]].

== Библиография ==
Русские переводы:
* О положении, обычаях и народах древней Германии. Из сочинений ''Каия Корнелия Тацита''. / Пер. В. Светова. — {{СПб.}}, 1772.
* Жизнь Юлия Агриколы. Творение ''Тацитово''. / Пер. И. Горина. — {{М.}}, 1798. — 103 стр.
* ''К. Корнелия Тацита'' Юлий Агрикола. / Пер. [[Поспелов, Фёдор Тимофеевич|Ф. Т. Поспелова]]. — {{СПб.}}, 1802. — 100 стр.
* Разговор об ораторах, или О притчинах испортившегося красноречия, писанной римским историком ''К. Корнелием Тацитом''. / Пер. Ф. Поспелова. — {{СПб.}}, 1805. — 108 стр.
* Летописей ''К. Корнелия Тацита''... / Пер. Ф. Поспелова. — {{СПб.}}, 1805—1806. — Ч. 1. — 1805. — 424 стр.; Ч. 2. — 1805. — 235 стр.; Ч. 3. — 1805. — 605 стр.; Ч. 4. — 1806. — 660 стр.
* История ''К. Корнелия Тацита''. / Пер. Ф. Поспелова. — {{СПб.}}, 1807. — 660 стр.
* Летопись ''К. Корнелия Тацита''. / Пер. С. Румовского. — {{СПб.}}, 1806—1809. — (на рус. и лат. яз.) — Т. 1. — 1806. — XLVI, 468 стр.; — Т. 2. — 1808. — 279 стр.; — Т. 3. — 1808. — 305 стр.; — Т. 4. — 1809. — 319 стр.
* Летопись ''К. Корнелия Тацита''. / Пер. А. Кронеберга. — {{М.}}, 1858. — Ч. 1. — 293 стр.; — Ч. 2. — 241 стр.
* Книга ''П. Корнелия Тацита'' о положении, нравах и народах Германии. / Пер. Г. Нейкирха. — Одесса, 1867. — 55 стр.
* Сочинения ''П. Корнелия Тацита'', все какие сохранились. / Пер. [[Клеванов, Александр|А. Клеванова]]. — {{М.}}, 1870.
** Ч. 1. Исторические записки. О Германии. Жизнь Агриколы. Разговор о старом и новом красноречии. — LXI, 339 стр.
** Ч. 2. Летописей книги I—XVI. — XXXVI, 384 стр.
* Сочинения ''Корнелия Тацита''. / Пер., ст. и прим. [[Модестов, Василий Иванович|В. И. Модестова]]. — {{СПб.}}, 1886—1887.
** Т. 1. Агрикола. Германия. Истории. — 1886. — 377 стр.
** Т. 2. Летопись. Разговор об ораторах. — 1887. — 577 стр.
* ''Корнелий Тацит''. Сочинения. В 2 т. — (Серия «[[Литературные памятники]]»). — {{Л.}}: Наука, 1969. — Т. 1. Анналы. Малые произведения. — 444 стр.; Т. 2. История. — 370 стр.
** перераб. издание: ''Корнелий Тацит''. Сочинения. Т. 1—2. Т. 1. Анналы. Малые произведения. / Пер. А. С. Бобовича. 2-е изд., стереотипное. Т. 2. История. / Пер. [[Кнабе, Георгий Степанович|Г. С. Кнабе]]. 2-е изд., испр. и перераб. Статья И. М. Тронского. Отв. ред. С. Л. Утченко. (1-е изд. 1969 г.). — (Серия «Литературные памятники»). — {{СПб.}}: Наука, 1993. — 736 стр.

В серии «[[Loeb classical library]]» сочинения изданы в 5 томах.

В серии «[[Collection Budé]]» сочинения Тацита [http://www.lesbelleslettres.com/recherche/?fa=tags&tag=TACITE изданы] в 10 томах.

== Примечания ==
'''Комментарии'''
{{примечания|широкие|group=коммент.}}

'''Использованная литература и источники'''
{{примечания|2}}

== Литература ==
; Избранные монографии
* ''[[Гревс, Иван Михайлович|Гревс И. М.]]'' Тацит: Жизнь и творчество. — {{М.}}—{{Л.}}, 1946. — 248 с.
* ''[[Дуров, Валерий Семёнович|Дуров В. С.]]'' Художественная историография Древнего Рима. — {{СПб.}}: СПбГУ, 1993. — 144 с. — ISBN 5-288-01199-0.
* Историография античной истории / Под ред. В. И. Кузищина. — {{М.}}: Высшая школа, 1980. — 415 с.
* История всемирной литературы: В девяти томах. — Т. 1. — {{М.}}: Наука, 1983. — 584 с.
* ''[[Кнабе, Георгий Степанович|Кнабе Г. С.]]'' Корнелий Тацит. — {{М.}}: Наука, 1981. — 208 с. — ([[Научные биографии]])
* ''[[Крюков, Александр Самуилович|Крюков А. С.]]'' Летопись первого века: Историческая проза Тацита. — Воронеж: ВГУ, 1997. — 194 с.
* ''[[Модестов, Василий Иванович|Модестов В. И.]]'' [https://books.google.by/books?id=HZw9AAAAYAAJ&hl=ru&source=gbs_navlinks_s Тацит и его сочинения]. — {{СПб.}}, 1864. — 206 с.
* '' [[Соболевский, Сергей Иванович|Соболевский С. И.]]'' Тацит // История римской литературы. Т. 2. Под ред. [[Соболевский, Сергей Иванович|С. И. Соболевского]], [[Грабарь-Пассек, Мария Евгеньевна|М. Е. Грабарь-Пассек]], [[Петровский, Фёдор Александрович|Ф. А. Петровского]]. — {{М.}}: [[Издательство АН СССР]], 1962. — С. 242—288.
* ''[[Тронский, Иосиф Моисеевич|Тронский И. М.]]'' История античной литературы. — {{Л.}}: Учпедгиз, 1946. — 496 с.
* ''Тронский И. М.'' Корнелий Тацит // Публий Корнелий Тацит. Анналы. Малые произведения. История. — Т. 2. — {{М.}}: Ладомир, 2003.
* ''[[Альбрехт, Михаэль фон|фон Альбрехт М.]]'' История римской литературы. Т. 2. — {{М.}}: Греко-латинский кабинет Ю. А. Шичалина, 2004. — 707 с. — ISBN 5-87245-099-0.
* ''Чистякова Н. А., Вулих Н. В.'' История античной литературы. — {{Л.}}: ЛГУ, 1963. — 451 с.
* ''A Companion to Latin Literature''. Ed. by S. Harrison. — Blackwell, 2005. — 472 p. ISBN 0-631-23529-9
* ''Ancient Historiography and its Contexts: Studies in Honour of A. J. Woodman''. Ed. by C. S. Kraus, J. Marincola, C. Pelling. — Oxford, 2010. — P. 269—384. ISBN 0-19-161409-2
* Breisach E. ''Historiography: Ancient, Medieval, and Modern''. 3rd Ed. — Chicago: Chicago University Press, 2007. — 517 p. ISBN 0-226-07283-5
* Daniewski J. B. ''Swewowie Tacyta czyli Słowianie zachodni w czasach rzymskich''. — Warszawa: Gebethner i Wolff, 1933. — 188 s.{{ref|pl}}
* Grant M. ''Greek and Roman historians: information and misinformation''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1995. — 172 p. ISBN 0-415-11769-0
* Hausmann M. ''Die Leserlenkung durch Tacitus in den Tiberius- und Claudiusbüchern der Annalen''. — {{B.}}—{{N. Y.}}: Walter de Gruyter, 2009. — 472 p. ISBN 3-11-021876-3{{ref|de}}
* Mellor R. ''Tacitus''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1993. — 200 p. ISBN 0-415-90665-2
* Mellor R. ''The Roman Historians''. — {{L.}}—{{N. Y.}}: Routledge, 1999. — 212 p. ISBN 0-415-11774-7
* ''Mendell C. W.'' Tacitus: the man and his work. — Yale University Press, 1957. — 397 p. ISBN 0-208-00818-7
* ''Sailor D.'' Writing and Empire in Tacitus. — Cambridge, 2008. — 359 p. ISBN 0-521-89747-5
* [[Сайм, Рональд|Syme R.]] ''Tacitus''. Vol. 1-2. — Oxford, 1958. — 476 p.; 398 p.
* ''The Cambridge Companion to Tacitus''. Ed. by A. J. Woodman. — Cambridge, 2009. — 366 p. ISBN 0-521-87460-2
* ''The Cambridge History of Classical Literature. Volume 2: Latin Literature''. Ed. by E. J. Kenney, W. V. Clausen. — Cambridge: Cambridge University Press, 1982. — 980 p. ISBN 0-521-21043-7
* Van Voorst R. ''Jesus Outside the New Testament: An Introduction to the Ancient Evidence''. — Grand Rapids: Wm. B. Eerdemans, 2000. — 248 p. ISBN 0-8028-4368-9

; Избранные статьи
{{кол|мал=да}}
* {{БРЭ|автор=[[Алмазова, Наталья Сергеевна|Алмазова Н. С.]]|ссылка=https://old.bigenc.ru/world_history/text/4184207|том=31|год=2016|страницы= 711|ref=Алмазова|статья=Тацит|архив=https://web.archive.org/web/20221218100514/https://bigenc.ru/world_history/text/4184207|архив дата=2022-12-18}}
* ''Балахванцев А. С.'' Дахи и арии у Тацита // [[Вестник древней истории]]. — 1998. — № 2. — С. 152—160.
* ''Беликов А. П., Елагина А. А.'' Возрождение отечественного «тацитоведения» (40—70-е гг. XX века) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. — Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. — 2009, Вып. 56. — № 9. — С. 26—30.
* ''Вержбицкий К. В.'' Образ Тиберия в «Анналах» Тацита и проблема его достоверности // Университетский историк. Вып. 1. — {{СПб.}}: [[Санкт-Петербургский государственный университет|СПбГУ]], 2002. — С. 27—42.
* ''[[Гаспаров, Михаил Леонович|Гаспаров M. Л.]]'' Новая зарубежная литература о Таците и Светонии // Вестник древней истории. — 1964. № 1. — С. 176—191.
* ''Иванова Ю. В., Соколов П. В.'' [https://www.hse.ru/data/2010/05/05/1216432345/WP6_2009_08.pdf Основные направления политической мысли и историографии Чинквеченто после Макьявелли и Гвиччардини] / Препринт. — {{М.}}: ГУ ВШЭ, 2009. — 36 с.
* ''[[Кнабе, Георгий Степанович|Кнабе Г. С.]]'' Жизнеописание Аполлония Тианского, βασιλεύς χρηστός и Корнелий Тацит // Вестник древней истории. — 1972. — № 3. — С. 30—63.
* ''Кнабе Г. С.'' К биографии Тацита. Sine ira et studio // Вестник древней истории. — 1980. — № 4. — С. 53—73.
* ''Кнабе Г. С.'' Римская биография и «Жизнеописание Агриколы» Тацита // Вестник древней истории. — 1978. — № 2. — С. 111—130.
* ''Кнабе Г. С.'' Спорные вопросы биографии Тацита. Cursus honorum // Вестник древней истории. — 1977. — № 1. — С. 123—144.
* ''Колосова О. Г.'' Судьба человека и империи в диалоге Тацита «Об ораторах»: К интерпретации текста // Вестник древней истории. — 1998. — № 3. — С. 168—187.
* ''Крюков А. С.'' Пролог в «Анналах» Тацита // Вестник древней истории. — 1983. — № 2. — С. 140—144.
* ''Крюков А. С.'' Устная традиция в «Анналах» Тацита // Вестник древней истории. — 1997. — № 1. — С. 133—147.
* ''Кудрявцев О. В.'' Источники Корнелия Тацита и Кассия Диона по истории походов Корбулона в Армению // Вестник древней истории. — 1954. — № 2. — С. 128—141.
* ''Кузнецова Т. И.'' Тацит и вопрос о судьбах римского красноречия // Кузнецова Т. И., Стрельникова И. П. Ораторское искусство в древнем Риме. — {{М.}}: Наука, 1976. — С. 228—252.
* ''Утченко С. Л.'' Римская историография и римские историки // Историки Рима. — {{М.}}: Художественная литература, 1970. — C. 5—32.
* ''Черняк А. Б.'' Тацит и жанр парных речей полководцев в античной историографии // Вестник древней истории. — 1983. — № 4. — С. 150—162.
* ''Черняк А. Б.'' Тацит о венедах (Germ. 46.2) // Вестник древней истории. — 1991. — № 2. — С. 44—60.
* ''Черняк А. Б.'' Тацит о смерти Клавдия (Ann. XII, 67, 1) (История текста на примере одного пассажа) // Вестник древней истории. — 1981. — № 3. — С. 161—167.
* ''Шмидт М. А.'' К вопросу о политических взглядах Тацита // Учёные записки Казанского университета. — 1956. — Т. 116. — Кн. 5. — С. 328—331.
* ''Шмидт М. А.'' Образы римских императоров в «Анналах» Тацита // Учёные записки Казанского университета. — 1957. — Т. 117. — Кн. 9. — С. 108—111.
* Adler E. ''Boudica’s Speeches in Tacitus and Dio'' // The Classical World, Vol. 101, No. 2 (Winter, 2008). — P. 173—195
* Allen W., Jr. ''Imperial Table Manners in Tacitus’ «Annals»'' // Latomus, T. 21, Fasc. 2 (1962). — P. 374—376
* Allen W., Jr. ''The Yale manuscript of Tacitus (Codex Budensis Rhenani)'' // The Yale University Library Gazette, Vol. 11, No. 4 (April 1937). — P. 81—86
* Ash R. ''An Exemplary Conflict: Tacitus’ Parthian Battle Narrative («Annals» 6.34-35)'' // Phoenix, Vol. 53, No. 1/2 (Spring—Summer, 1999). — P. 114—135
* Baxter R. T. S. Virgil’s Influence on Tacitus in Book 3 of the Histories // Classical Philology. Vol. 66, No. 2 (Apr., 1971). — P. 93—107
* Baxter R. T. S. Virgil’s Influence on Tacitus in Books 1 and 2 of the Annals // Classical Philology. Vol. 67, No. 4 (Oct., 1972). — P. 246—269
* Beare W. ''Tacitus on the Germans'' // Greece & Rome, Second Series, Vol. 11, No. 1 (Mar., 1964). — P. 64—76
* Benario H. W. ''Tacitus and the Principate'' // The Classical Journal, Vol. 60, No. 3 (Dec., 1964). — P. 97—106
* Benario H. W. ''Tacitus’ «Germania» and Modern Germany'' // Illinois Classical Studies. Vol. 15, No. 1, 1990. — P. 163—175
* Benario H. W. ''Vergil and Tacitus'' // The Classical Journal, Vol. 63, No. 1 (Oct., 1967). — P. 24-27
* Birley A. ''The Life and Death of Cornelius Tacitus'' // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 49, H. 2 (2nd Qtr., 2000). — P. 230—247
* Bradford A. T. ''Stuart Absolutism and the 'Utility' of Tacitus'' // Huntington Library Quarterly. Vol. 46, No. 2 (Spring, 1983). — P. 127—155
* Büchner K. Tacitus über die Christen // Aegyptus, Anno 33, No. 1 (1953). — P. 181—192
* Chapman C. S. The Artistry of Tacitus // Greece & Rome, Vol. 16, No. 47 (Apr., 1947). — P. 85-87
* Christ K. ''Tacitus und der Principat'' // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 27, H. 3 (3rd Qtr., 1978). — S. 449—487{{ref|de}}
* Clayton F. W. ''Tacitus and Nero’s Persecution of the Christians'' // The Classical Quarterly, Vol. 41, No. 3/4 (Jul.—Oct., 1947). — P. 81—85
* Cowan E. ''Tacitus, Tiberius and Augustus'' // Classical Antiquity, Vol. 28, No. 2 (October 2009). — P. 179—210
* Edwards R. ''Hunting for Boars with Pliny and Tacitus'' // Classical Antiquity, Vol. 27, No. 1 (April 2008). — P. 35—58
* Fitzsimons M. A. ''The Mind of Tacitus'' // The Review of Politics, Vol. 38, No. 4 (Oct., 1976). — P. 473—493
* Flach D. ''Von Tacitus zu Ammian'' // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 21, H. 2 (2nd Qtr., 1972). — P. 333—350
* Fuchs H. ''Tacitus über die Christen'' // Vigiliae Christianae, Vol. 4, No. 2 (Apr., 1950). — P. 65—93
* Gordon M. L. ''The Patria of Tacitus'' // The Journal of Roman Studies, Vol. 26, Part 2 (1936). — P. 145—151
* Griffin M. ''Claudius in Tacitus'' // The Classical Quarterly, New Series, Vol. 40, No. 2 (1990). — P. 482—501
* Haynes H. ''Tacitus’s Dangerous Word'' // Classical Antiquity, Vol. 23, No. 1 (April 2004). — P. 33—61
* Henry D., Walker B. ''Tacitus and Seneca'' // Greece & Rome, Second Series, Vol. 10, No. 2 (Oct., 1963). — P. 98—110
* Jens W. ''Libertas bei Tacitus'' // Hermes, 84. Bd., H. 3 (1956). — P. 331—352
* Kehoe D. ''Tacitus and Sallustius Crispus'' // The Classical Journal, Vol. 80, No. 3 (Feb. — Mar., 1985). — P. 247—254
* Kurfess A. ''Tacitus über die Christen'' // Vigiliae Christianae, Vol. 5, No. 3 (Jul., 1951). — P. 148—149
* Laupot E. ''Tacitus’ Fragment 2: The Anti-Roman Movement of the «Christiani» and the Nazoreans'' // Vigiliae Christianae, Vol. 54, No. 3 (2000). — P. 233—247
* Levene D. S. ''Tacitus’ «Dialogus» as Literary History'' // Transactions of the American Philological Association (1974-), Vol. 134, No. 1 (Spring, 2004). — P. 157—200
* Lord L. E. ''Tacitus the Historian'' // The Classical Journal, Vol. 21, No. 3 (Dec., 1925). — P. 177—190
* Marsh F. B. ''Tacitus and Aristocratic Tradition'' // Classical Philology, Vol. 21, No. 4 (Oct., 1926). — P. 289—310
* Mierow C. C. ''Tacitus Speaks'' // Studies in Philology, Vol. 38, No. 4 (Oct., 1941). — P. 553—570
* Mierow C. C. ''Tacitus the Biographer'' // Classical Philology, Vol. 34, No. 1 (Jan., 1939). — P. 36—44
* Miller N. P. ''Dramatic Speech in Tacitus'' // The American Journal of Philology, Vol. 85, No. 3 (Jul., 1964). — P. 279—296
* Miller N. P. ''Tacitus’ Narrative Technique'' // Greece & Rome, Second Series, Vol. 24, No. 1 (Apr., 1977). — P. 13—22
* Morgan M. G. ''Vespasian and the Omens in Tacitus «Histories» 2.78'' // Phoenix, Vol. 50, No. 1 (Spring, 1996). — P. 41—55
* Nesselhauf H. ''Tacitus und Domitian'' // Hermes, 80. Bd., H. 2 (1952). — P. 222—245
* Oliver R. P. ''The Praenomen of Tacitus'' // The American Journal of Philology, Vol. 98, No. 1 (Spring, 1977). — P. 64—70
* Percival J. ''Tacitus and the Principate'' // Greece & Rome, Second Series, Vol. 27, No. 2 (Oct., 1980). — P. 119—133
* Perkins C. A. ''Tacitus on Otho'' // Latomus, T. 52, Fasc. 4 (1993). — P. 848—855
* Reid J. S. ''Tacitus as a Historian'' // The Journal of Roman Studies, Vol. 11, (1921). — P. 191—199
* Rogers R. S. ''Ignorance of the Law in Tacitus and Dio: Two Instances from the History of Tiberius'' // Transactions and Proceedings of the American Philological Association, Vol. 64, (1933). — P. 18—27
* Ryberg I. S. ''Tacitus’ Art of Innuendo'' // Transactions and Proceedings of the American Philological Association, Vol. 73, (1942). — P. 383—404
* Sailor D. ''Becoming Tacitus: Significance and Inconsequentiality in the Prologue of Agricola'' // Classical Antiquity, Vol. 23, No. 1 (April 2004). — P. 139—177
* Salmon J. H. M. ''Cicero and Tacitus in Sixteenth-Century France'' // The American Historical Review. Vol. 85, No. 2 (Apr., 1980). — P. 307—331
* Shotter D. C. A. ''Tacitus, Tiberius and Germanicus'' // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 17, H. 2 (Apr., 1968). — P. 194—214
* [[Сайм, Рональд|Syme R.]] ''Obituaries in Tacitus'' // The American Journal of Philology, Vol. 79, No. 1 (1958). — P. 18—31
* Syme R. ''Tacitus on Gaul'' // Latomus, T. 12, Fasc. 1 (Janvier-Mars 1953). — P. 25—37
* Tanner R. G. ''Tacitus and the Principate'' // Greece & Rome, Second Series, Vol. 16, No. 1 (Apr., 1969). — P. 95—99
* Turner A. J. ''Approaches to Tacitus’ «Agricola»'' // Latomus, T. 56, Fasc. 3 (1997). — P. 582—593
* Turpin W. ''Tacitus, Stoic exempla, and the praecipuum munus annalium'' // Classical Antiquity, Vol. 27, No. 2 (October 2008). — P. 359—404
* Walsh P. G. ''The Historian Tacitus'' // Studies: An Irish Quarterly Review, Vol. 47, No. 187 (Autumn, 1958). — P. 288—297
* Willrich H. ''Augustus bei Tacitus'' // Hermes, 62. Bd., H. 1 (Jan., 1927). — P. 54—78
* Woodhead A. G. ''Tacitus and Agricola'' // Phoenix, Vol. 2, No. 2 (Spring, 1948). — P. 45—55
* Yavetz Z. ''Latin Authors on Jews and Dacians'' // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 47, H. 1 (1st Qtr., 1998). — P. 77—107
{{конец кол}}

; Диссертации
* ''Бутин А. А.'' Хронотоп принципата I — начала II в. н. э. (по произведениям Корнелия Тацита): дисс. ... учён. степ. канд. ист. наук (24.00.01). — Ярославль, 2014. — 198 с.
* ''Елагина А. А.'' Тацит и его историческая концепция: Автореф. дисс. ... учён. степ. канд. ист. наук (07.00.09). — Казань, 1984. — 16 с.
* ''[[Кнабе, Георгий Степанович|Кнабе Г. С.]]'' Корнелий Тацит и проблемы истории древнего Рима эпохи ранней империи (конец I — начало II вв.): Автореф. дисс. ... учён. степ. д-ра ист. наук (07.00.03). — {{Л.}}, 1982. — 37 с.
* ''[[Крюков, Александр Самуилович|Крюков А. С.]]'' Поэтика исторической прозы Тацита: Автореф. дисс. ... учён. степ. д-ра филол. наук (10.01.08; 10.02.14). — {{СПб.}}, 2002. — 38 с.
* ''Маркин А. Н.'' Менталитет римской имперской аристократии в изображении Корнелия Тацита и Плиния Младшего: некоторые аспекты: Автореф. дисс. ... учён. степ. канд. ист. наук (07.00.03). — {{М.}}, 1997. — 24 с.
* ''Сидорова И. М.'' Язык «Анналов» Тацита (Лексические особенности): Автореф. дисс. ... учён. степ. канд. филолог. наук. — Харьков, 1954.
* ''Торканевский А. А.'' Рим в системе принципата и становление христианской общины Рима (I — середина II в. н. э.): Автореф. дисс. ... учён. степ. канд. ист. наук (07.00.03). — {{Мн.}}, 2012. — 23 с.
* ''Черниговский В. Б.'' Альтернативные высказывания Тацита и их художественная функция: Автореф. дисс. ... учён. степ. канд. филол. наук (10.02.14). — {{М.}}, 1983. — 22 с.
* ''Шуравина И. Н.'' Работа Корнелия Тацита «О происхождении германцев и местоположении Германии» как источник по истории древних германцев: Автореф. дисс. ... учён. степ. канд. ист. наук (07.00.03). — {{М.}}: РУДН, 1994. — 16 с.

{{Родственные проекты
 |Тема         = Публий Корнелий Тацит
 |Портал       = 
 |Викисловарь  = 
 |Викиучебник  = 
 |Викицитатник = Публий Корнелий Тацит
 |Викитека     = Категория:Публий Корнелий Тацит
 |Викивиды     = 
 
 |Викигид      = 
 |Метавики     = 
 |Проект       = 
}}

== Ссылки ==
* {{cite web|url=http://www.thelatinlibrary.com/tac.html|title=Сочинения Тацита на латинском языке|lang=la|access-date=2013-01-14|archive-url=https://web.archive.org/web/20121227083848/http://www.thelatinlibrary.com:80/tac.html|archive-date=2012-12-27|url-status=live}}
* {{cite web|url=http://ancientrome.ru/antlitr/tacit/index.htm|title=Тацит в русском переводе на сайте «История Древнего Рима»|lang=ru|access-date=2013-01-14|archive-url=|archive-date=|url-status=live}}

{{вс}}
{{Римские консулы 96—117 годов}}
{{Избранная статья|Писатель|История}}
{{Статья года|2013}}

[[Категория:Родившиеся в 50-е годы]]
[[Категория:Умершие во II веке]]
[[Категория:Историки Древнего Рима]]
[[Категория:Латинские историки]]
[[Категория:Историки II века]]
[[Категория:Историки по алфавиту]]
[[Категория:Римские консулы I века]]
[[Категория:Корнелии]]
[[Категория:Античные писатели, чьи труды дошли до нашего времени]]
[[Категория:Древнеримские писатели]]
[[Категория:Писатели I века]]