Просмотр кода страницы Могучая кучка

[[Файл:Михайлов А. М. - Могучая кучка. 1950.jpg|мини|upright=1.4|«Могучая кучка». Балакиревский кружок. Худ. [https://ru.openlist.wiki/%D0%9C%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B9%D0%BB%D0%BE%D0%B2_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B9_%D0%92%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BB%D1%8C%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87_(1895) А. В. Михайлов]. 1950 год]]

'''«Могу́чая ку́чка»''' (а также '''Бала́киревский кружо́к''', '''Новая русская музыкальная школа''' или, иногда, ''{{comment|'''Русская пятёрка'''|так называли «Могучую кучку» во Франции и шире — в Европе}}'') — творческое содружество русских [[композитор]]ов, сложившееся в Санкт-Петербурге в конце 1850-х — начале 1860-х годов. В него вошли: [[Балакирев, Милий Алексеевич|Милий Алексеевич Балакирев]] (1837—1910), [[Мусоргский, Модест Петрович|Модест Петрович Мусоргский]] (1839—1881), [[Бородин, Александр Порфирьевич|Александр Порфирьевич Бородин]] (1833—1887), [[Римский-Корсаков, Николай Андреевич|Николай Андреевич Римский-Корсаков]] (1844—1908) и [[Кюи, Цезарь Антонович|Цезарь Антонович Кюи]] (1835—1918).

В начале существования балакиревского кружка в него также входил химик-почвовед и композитор-любитель [[Гуссаковский, Аполлон Селивёрстович|А. С. Гуссаковский]]. Идейным вдохновителем и основным немузыкальным консультантом кружка был художественный критик, литератор и архивист [[Стасов, Владимир Васильевич|Владимир Васильевич Стасов]] (1824—1906).

== Возникновение ==
[[Файл:Mighty Handful.jpg|thumb|right|200px|Изображения членов «Могучей кучки»:<br>[[Балакирев, Милий Алексеевич|М. А. Балакирев]]<br>[[Кюи, Цезарь Антонович|Ц. А. Кюи]]<br>[[Мусоргский, Модест Петрович|М. П. Мусоргский]]<br>[[Римский-Корсаков, Николай Андреевич|Н. А. Римский-Корсаков]]<br>[[Бородин, Александр Порфирьевич|А. П. Бородин]]]]
[[Файл:Makovsky-caric.jpg|thumb|left|300px|''[[Маковский, Константин Егорович|К. Е. Маковский]].'' Карикатура на Могучую кучку (пастельный карандаш, 1871). Слева направо изображены: [[Кюи, Цезарь Антонович|Ц. А. Кюи]] в виде лисы, виляющей хвостом; [[Балакирев, Милий Алексеевич|М. А. Балакирев]] в виде медведя; [[Стасов, Владимир Васильевич|В. В. Стасов]] (на его правом плече в виде Мефистофеля скульптор [[Антокольский, Марк Матвеевич|М. М. Антокольский]], на трубе в виде обезьяны — [[Гартман, Виктор Александрович|В. А. Гартман]]); [[Римский-Корсаков, Николай Андреевич|Н. А. Римский-Корсаков]] (в виде краба) с сёстрами Пургольд (в виде домашних собачек); [[Мусоргский, Модест Петрович|М. П. Мусоргский]] (в образе петуха); за спиной Римского-Корсакова изображён [[Бородин, Александр Порфирьевич|А. П. Бородин]]; справа вверху из облаков мечет гневные перуны [[Серов, Александр Николаевич (композитор)|А. Н. Серов]].]]
Название «Могучая кучка» впервые встречается в статье Стасова «Славянский концерт г. Балакирева» (1867):<blockquote>«Сколько поэзии, чувства, таланта и умения есть у маленькой, но уже могучей кучки русских музыкантов».</blockquote>Название «Новая русская музыкальная школа» было выдвинуто самими участниками кружка, которые считали себя наследниками традиций [[Глинка, Михаил Иванович|М. И. Глинки]] и свою цель видели в воплощении русской [[Музыка эпохи романтизма|национальной идеи в музыке]]. Поиски национальных корней и тяга к родной культуре обратили деятелей искусства к народным темам.

В реализации национально-эстетических принципов, провозглашённых идеологами содружества Стасовым и Балакиревым, наиболее последовательным был [[Мусоргский, Модест Петрович|М. П. Мусоргский]], меньше других — [[Кюи, Цезарь Антонович|Ц. А. Кюи]]. Участники «Могучей кучки» систематически записывали и изучали образцы [[Русский фольклор|русского музыкального фольклора]] и русского [[Православная музыка|церковного пения]]. Результаты своих изысканий в том или ином виде они воплощали в сочинениях камерного и крупного жанра, особенно в операх, среди которых «[[Царская невеста (опера)|Царская невеста]]» и «[[Снегурочка (опера)|Снегурочка]]» [[Римский-Корсаков, Николай Андреевич|Н. А. Римского-Корсакова]], «[[Хованщина (опера)|Хованщина]]» и «[[Борис Годунов (опера)|Борис Годунов]]» М. П. Мусоргского, «[[Князь Игорь (опера)|Князь Игорь]]» [[Бородин, Александр Порфирьевич|А. П. Бородина]]. Интенсивные поиски национальной самобытности в «Могучей кучке» не ограничивались аранжировками фольклора и богослужебным пением, но распространились также и на драматургию, жанр (и форму), вплоть до отдельных категорий музыкального языка ([[Гармония (музыка)|гармония]], [[Ритмика (музыка)|ритмика]], [[Фактура (музыка)|фактура]] и т. д.).

Первоначально в составе кружка были [[Балакирев, Милий Алексеевич|М. А. Балакирев]] и [[Стасов, Владимир Васильевич|В. В. Стасов]], увлечённые чтением [[Белинский, Виссарион Григорьевич|В. Г. Белинского]], [[Добролюбов, Николай Александрович|Н. А. Добролюбова]], [[Герцен, Александр Иванович|А. И. Герцена]], [[Чернышевский, Николай Гаврилович|Н. Г. Чернышевского]]. Своими идеями они вдохновили и молодого композитора Ц. А. Кюи, а позже к ним присоединился М. П. Мусоргский, оставивший чин офицера в [[Преображенский лейб-гвардии полк|Преображенском полку]] ради занятий музыкой. В 1862 году к балакиревскому кружку примкнули Н. А. Римский-Корсаков и А. П. Бородин. Если Римский-Корсаков был совсем молодым по возрасту членом кружка, взгляды и музыкальный талант которого только начинали определяться, то Бородин к этому времени был уже зрелым человеком, выдающимся учёным-химиком, дружески связанным с такими гигантами русской науки и искусства, как [[Менделеев, Дмитрий Иванович|Д. И. Менделеев]], [[Сеченов, Иван Михайлович|И. М. Сеченов]], [[Ковалевский, Евграф Петрович (старший)|Е. П. Ковалевский]], [[Боткин, Василий Петрович|В. П. Боткин]], [[Васнецов, Виктор Михайлович|В. М. Васнецов]].

Собрания балакиревского кружка протекали всегда в оживлённой творческой атмосфере. Члены этого кружка часто встречались с писателями [[Григорович, Дмитрий Васильевич|Д. В. Григоровичем]], [[Писемский, Алексей Феофилактович|А. Ф. Писемским]], [[Тургенев, Иван Сергеевич|И. С. Тургеневым]], художником [[Репин, Илья Ефимович|И. Е. Репиным]], скульптором [[Антокольский, Марк Матвеевич|М. М. Антокольским]]. Тесные, хотя и далеко не всегда крепкие связи были и с [[Чайковский, Пётр Ильич|Петром Ильичом Чайковским]].

В 1870-х годах «Могучая кучка» как сплочённая группа перестала существовать. Деятельность «Могучей кучки» стала эпохой в развитии русского и мирового музыкального искусства.

== Продолжение «Могучей кучки» ==
[[Файл:Rimsky-Korsakov, Nápravník, Cui and Glazunov by Paul Robert.jpg|thumb|Римский-Корсаков, Направник, Кюи и Глазунов. Шарж работы [[Робер, Поль|Поля Робера]], 1903]]
С прекращением регулярных встреч пяти русских композиторов приращение, развитие и живая история «Могучей кучки» отнюдь не завершились. Центр кучкистской деятельности и [[идеология|идеологии]] в основном благодаря педагогической деятельности Римского-Корсакова переместился в классы [[Санкт-Петербургская государственная консерватория имени Н. А. Римского-Корсакова|Петербургской консерватории]], а также начиная с середины 1880-х годов и в «[[беляевский кружок]]», где Римский-Корсаков в течение почти 20 лет был признанным главой и лидером, а затем с началом XX века разделил своё лидерство в составе «триумвирата» с [[Лядов, Анатолий Константинович|А. К. Лядовым]], [[Глазунов, Александр Константинович|А. К. Глазуновым]] и чуть позднее (с мая 1907 года) [[Арцыбушев, Николай Васильевич|Н. В. Арцыбушевым]]. Таким образом, за вычетом балакиревского [[радикализм]]а «беляевский кружок» стал естественным продолжением «Могучей кучки»<ref name = "Келдыш">{{книга|автор = |часть = |заглавие =[[Музыкальный энциклопедический словарь]] |ссылка = |ответственный = Гл.&nbsp;ред. Г.&nbsp;В.&nbsp;Келдыша |издание = |место =М. |издательство =«Советская Энциклопедия» |год = 1990 |том = |страницы =[https://archive.org/details/muzykalnyientsik0000unse/page/348 348] |страниц =672 |серия = |isbn =5-85270-033-9 |тираж = 150000}}</ref>.

Сам Римский-Корсаков вспоминал об этом вполне определённым образом:
{{Начало цитаты}}
«Можно ли считать беляевский кружок продолжением балакиревского, была ли между тем и другим известная доля сходства, и в чём состояло различие, помимо изменения с течением времени его личного состава? Сходство, указывавшее на то, что кружок беляевский есть продолжение балакиревского, кроме соединительных звеньев в лице моём и Лядова, заключалось в общей и тому и другому передовитости, прогрессивности; но кружок Балакирева соответствовал периоду бури и натиска в развитии русской музыки, а кружок [[Беляев, Митрофан Петрович|Беляева]] — периоду спокойного шествия вперёд; балакиревский был [[революция|революционный]], беляевский же — [[прогресс]]ивный…»<ref name="Летопись-1">{{книга|автор={{s|Римский-Корсаков Н. А.}} |заглавие=Летопись моей музыкальной жизни |ссылка= |издание=девятое |место=М. |издательство= Музыка |год=1982 |страниц=440 |страницы=207—210}}</ref>
{{Конец цитаты|источник=''{{s|Н. А. Римский-Корсаков}}'', «Летопись моей музыкальной жизни»}}

Среди членов беляевского кружка Римский-Корсаков называет в качестве «связующих звеньев» отдельно самого себя (как нового главу кружка вместо Балакирева), [[Бородин, Александр Порфирьевич|Бородина]] (в то недолгое время, которое осталось до его смерти) и Лядова. Со второй половины 1880-х годов в составе балакиревской «Могучей кучки» появляются такие разные по дарованию и специальности музыканты, как [[Глазунов, Александр Константинович|Глазунов]], братья [[Блуменфельд, Феликс Михайлович|Ф. М. Блуменфельд]] и С. М. Блуменфельд, [[дирижёр]] [[Дютш, Оттон Иванович|О. И. Дютш]] и [[пианист]] [[Лавров, Николай Степанович|Н. С. Лавров]]<ref name="Летопись-1"/>. Чуть позже, по мере окончания консерватории в число беляевцев вошли такие композиторы, как [[Соколов, Николай Александрович (композитор)|Н. А. Соколов]], [[Антипов, Константин Афанасьевич|К. А. Антипов]], [[Витолс, Язепс|Я. Витоль]] и так далее, включая большое число более поздних выпускников Римского-Корсакова по классу композиции. Кроме того, и «маститый Стасов» сохранял всегда хорошие и близкие отношения с беляевским кружком, хотя влияние его было «уже далеко не тем», что в кружке Балакирева<ref name="Летопись-1"/>. Новый состав кружка (и его более умеренный глава) определили и новое лицо «послекучкистов»: гораздо более ориентированное на [[академизм]]<ref name = "Келдыш"/> и открытое множеству влияний, прежде в рамках «Могучей кучки» считавшихся недопустимыми. Беляевцы испытывали на себе массу «чуждых» воздействий и имели широкие симпатии, начиная от [[Вагнер, Рихард|Вагнера]] и Чайковского, и кончая «даже» [[Равель, Морис|Равелем]] и [[Дебюсси, Клод|Дебюсси]]. Кроме того, будучи преемником «Могучей кучки» и в целом продолжая её направление, беляевский кружок не представлял собой единого [[эстетика|эстетического]] целого, руководствующегося единой [[идеология|идеологией]] или программой<ref name = "Штейнпресс">{{книга|автор =Штейнпресс&nbsp;Б.&nbsp;С., Ямпольский&nbsp;И.&nbsp;М. |часть = |заглавие =Энциклопедический музыкальный словарь |ссылка = |ответственный = |издание = |место =М. |издательство =«Советская Энциклопедия» |год = 1966 |том = |страницы =48 |страниц =632 |серия = |isbn = |тираж = 100000}}</ref>.

В свою очередь, и Балакирев не потерял активность и продолжил распространять своё влияние, выпуская всё новых учеников в бытность свою на посту главы [[Государственная академическая капелла Санкт-Петербурга|придворной Капеллы]]. Наиболее известным из его учеников позднего времени (впоследствии закончившим также и класс Римского-Корсакова)<ref name="Летопись-1"/> считается композитор [[Золотарёв, Василий Андреевич|В. А. Золотарёв]].

Дело не ограничивалось только прямым преподаванием и классами свободного сочинения. Всё более частое исполнение на сценах императорских театров новых опер Римского-Корсакова и его оркестровых сочинений, постановка бородинского «[[Князь Игорь (опера)|Князя Игоря]]» и второй редакции «[[Борис Годунов (опера)|Бориса Годунова]]» Мусоргского, множество критических статей и растущее личное влияние Стасова — всё это постепенно умножало ряды национально ориентированной русской музыкальной школы. Многие ученики Римского-Корсакова и Балакирева по стилю своих сочинений вполне вписывались в продолжение генеральной линии «Могучей кучки» и могли быть названы если не её запоздалыми членами, то во всяком случае — верными последователями. А иногда случалось даже так, что последователи оказывались значительно «вернее» (и [[ортодокс]]альнее) своих учителей. Невзирая на некоторую [[анахронизм|анахроничность]] и старомодность, даже во времена [[Скрябин, Александр Николаевич|Скрябина]], [[Стравинский, Игорь Фёдорович|Стравинского]] и [[Прокофьев, Сергей Сергеевич|Прокофьева]], вплоть до середины XX века эстетика и пристрастия многих из этих композиторов оставались ''вполне «кучкистскими»'' и чаще всего — не подверженными принципиальным стилевым изменениям. Однако со временем всё чаще в своём творчестве последователи и ученики Римского-Корсакова обнаруживали некий «сплав» московской и [[Петербургская школа композиторов|петербургской школы]], в той или иной мере соединяя влияние [[Чайковский, Пётр Ильич|Чайковского]] с «кучкистскими» принципами. Пожалуй, наиболее крайней и далёкой фигурой в этом ряду является [[Аренский, Антон Степанович|А. С. Аренский]], который, до конца своих дней сохраняя подчёркнутую личную (ученическую) верность своему учителю (Римскому-Корсакову), тем не менее, в своём творчестве был гораздо ближе к традициям Чайковского. Кроме того, он вёл крайне разгульный и даже «аморальный» образ жизни. Именно этим прежде всего объясняется весьма критическое и несочувственное отношение к нему в беляевском кружке<ref name="Летопись-2">{{книга|автор={{s|Римский-Корсаков Н. А.}} |заглавие=Летопись моей музыкальной жизни |ссылка= |издание=девятое |место=М. |издательство= Музыка |год=1982 |страниц=440 |страницы=293}}</ref>. Ничуть не менее показателен и пример [[Гречанинов, Александр Тихонович|Александра Гречанинова]], тоже верного ученика Римского-Корсакова, большую часть времени жившего в Москве. Однако о его творчестве учитель отзывается гораздо более сочувственно и в качестве похвалы называет его «отчасти петербужцем»<ref name="Летопись-3">{{книга|автор={{s|Римский-Корсаков Н. А.}} |заглавие=Летопись моей музыкальной жизни |ссылка= |издание=девятое |место=М. |издательство= Музыка |год=1982 |страниц=440 |страницы=269}}</ref>. После 1890 года и участившихся визитов Чайковского в [[Петербург]], в беляевском кружке нарастает эклектичность вкусов и всё более прохладное отношение к [[ортодокс]]альным традициям «Могучей кучки». Постепенно Глазунов, Лядов и Римский-Корсаков также и лично сближаются с Чайковским, тем самым положив конец прежде непримиримой (балакиревской) традиции «вражды школ»<ref name="Летопись-4">{{книга|автор={{s|Римский-Корсаков Н. А.}} |заглавие=Летопись моей музыкальной жизни |ссылка= |издание=девятое |место=М. |издательство= Музыка |год=1982 |страниц=440 |страницы=223—224}}</ref>. К началу [[XX век]]а большинство новой русской музыки всё в большей степени обнаруживает синтез двух направлений и школ: в основном через [[академизм]] и размывание «чистых традиций». Немалую роль в этом процессе сыграл и лично сам Римский-Корсаков. По мнению [[Сабанеев, Леонид Леонидович|Л. Л. Сабанеева]], музыкальные вкусы Римского-Корсакова, его «открытость к влияниям» были значительно гибче и шире, чем у всех его композиторов-современников<ref name="Сабанеев">{{книга|автор=[[Сабанеев, Леонид Леонидович|Сабанеев&nbsp;Л.&nbsp;Л.]] |заглавие=Воспоминания о России |ссылка = |ответственный = |издание = |место = М. |издательство = Классика-XXI |год = 2005 |страницы = 59 |страниц = 268 |серия = |isbn = 5 89817-145-2 |тираж = 1500}}</ref>.

Многие русские композиторы конца XIX — первой половины XX веков рассматриваются историками музыки как непосредственные продолжатели традиций Могучей кучки; среди них
{{колонки|3}}
* [[Акименко, Фёдор Степанович|Фёдор Акименко]]
* [[Амани, Николай Николаевич|Николай Амани]]
* [[Антипов, Константин Афанасьевич|Константин Антипов]]
* [[Аренский, Антон Степанович|Антон Аренский]]
* [[Арцыбушев, Николай Васильевич|Николай Арцыбушев]]
* [[Витолс, Язепс|Язепс Витоль]]
* [[Глазунов, Александр Константинович|Александр Глазунов]]
* [[Гречанинов, Александр Тихонович|Александр Гречанинов]]
* [[Золотарёв, Василий Андреевич|Василий Золотарёв]]
* [[Ипполитов-Иванов Михаил Михайлович|Михаил Ипполитов-Иванов]]
* [[Калафати, Василий Павлович|Василий Калафати]]
* [[Казаченко, Георгий Алексеевич|Георгий Казаченко]]
* [[Калинников, Василий Сергеевич|Василий Калинников]]
* [[Крыжановский, Иван Иванович|Иван Крыжановский]]<ref name = "Штейнпресс"/>
* [[Лядов, Анатолий Константинович|Анатолий Лядов]]
* [[Ляпунов, Сергей Михайлович|Сергей Ляпунов]]
* [[Черепнин, Николай Николаевич|Николай Черепнин]]<ref name="Летопись-1"/>.
{{колонки/конец}}
Отдельного упоминания заслуживает и тот факт, что знаменитая французская «[[Шестёрка (группа композиторов)|Шестёрка]]», собранная под предводительством [[Сати, Эрик|Эрика Сати]] (как бы «в роли Милия Балакирева») и [[Кокто, Жан|Жана Кокто]] (как бы «в роли Владимира Стасова») — явилась прямым откликом на «русскую пятёрку» — как называли в [[Париж]]е композиторов «Могучей кучки». Статья известного критика [[Колле, Анри|Анри Колле]], оповестившая мир о рождении новой группы композиторов, так и называлась: ''«Русская пятёрка, французская шестёрка и господин Сати»''.

== В кинематографе ==
* [[1950 год в кино|1950 год]] — «[[Мусоргский (фильм)]]».
* [[1953]] — «[[Римский-Корсаков (фильм)|Римский-Корсаков]]»
* [[1969]] — «[[На пороге]]» Режиссёр: Николай Хробко
{{Родственные проекты}}

== Примечания ==
{{примечания}}

== Литература ==
* {{БРЭ|статья=Могучая кучка|том=20|страницы=571–572|ссылка=https://old.bigenc.ru/music/text/2221451|архив=https://web.archive.org/web/20221023140200/https://bigenc.ru/music/text/2221451|архив дата=2022-10-23}}
* {{ВТ-МСР|Новая русская школа}}

{{Внешние ссылки}}
{{Могучая кучка}}
{{Композиторские школы}}
{{ВП-порталы|Музыка|Классическая музыка|Опера|Образование}}

[[Категория:Композиторские школы]]
[[Категория:История музыки России]]
[[Категория:Появились в 1860-е годы в России]]